Дернув плечами, Олт поглубже забился в свой угол, снова сделавшись неприметным и безобидным, точно домовичок на покое,— кажется, он поверил гиганту на слово. Впрочем, и сам Эрик не усомнился, что при необходимости Горн свою угрозу выполнит: было в нем что-то от прущего через молодую рощу “мастонда”. Неожиданно юноше до дрожи в руках захотелось шарахнуть чем-нибудь по этой упрямой, скрытной, непредсказуемой башке.
— Куда мы гоним? — спросил он раздраженно.— Что за спешка?
— Так ведь на пятки наступают,— отозвался Горн.— Разве не чувствуешь?
— Кто, навозники?
— Кто же еще? Фора-то у нас мизерная, вдобавок они гонят при свете: им ведь шатуны не опасны — их много.
— Все же интересно,— опять влез Олт,— за каким дьяволом эти умники с ходу принялись гвоздить мой… — покосясь на Эрика, старик поправился: — …наш замок? Разве я не пригодился бы им живым?
— Ну да, они ведь могли растянуть удовольствие,— подтвердил, усмехаясь, Эрик.— Этого вы хотели?
Ответить Олт не успел, потому что скалы внезапно раздвинулись и впереди, вплотную к извивавшейся вдоль широкой расщелины тропе, они увидели догорающие остатки вездехода. Вот вам и издержки иллюминации! — покаянно подумал Эрик. Кому ж это не повезло?
Громадной тенью Горн вознесся в башенку, плавно развернул излучатель.
— Вперед, Эрик,— скомандовал он вниз.— Только не спеши, ладно?
Настороженно “единорог” миновал слабо дымящийся остов, внутри которого еще багрово мерцали угли, и снова отступил в темноту… безопасную ли? Зло берет, до чего часто Горн оказывается прав! — Эрик даже поморщился. Чья же это работа?
— Как раз шатуны здесь ни при чем,— объявил Горн, спускаясь в кабину.— Эти бедняги будто напоролись на стационар.
— Стационар — здесь? — поразился юноша.— Откуда?
Пожав плечами, гигант поманил пальцем Ю, разложил ее прямо на скамье и принялся разминать божественную плоть громадными жесткими лапами, словно месил тесто.
— Что ты с ней нянчишься? — нервно спросил Эрик.— Больше нечем заняться?
Горн обратил к нему бесстрастное лицо, внимательно оглядел.
— Что за строгости, дружище? — поинтересовался он.— Чем не угодила тебе бедняжка Ю?
— Ты же не религиозен — откуда столько рвения?
Гигант осклабился:
— Тебя это беспокоит? Что же, могу перепоручить богиню твоим заботам — берешься?
Выдержав паузу, Эрик пожал плечами и кивнул — якобы с неохотой. Однако напарник, похоже, видел его насквозь.
— Не понимаю нынешней моды на тощих,— проворчал он, возобновляя массаж.— Ну ладно бы одна Ю — на то она и Божественная, но когда я наблюдаю такие же мощи у наших девиц…
— Что, городские толстушки нравятся тебе больше?
— Вот еще!.. У тех-то взамен мускулов сплошной жир — меня не проведешь.
— А чего вы хотели? — снова не утерпел Олт.— Времена прекрасных воительниц отошли в прошлое — так к чему нынешним красоткам прежние формы?
Скалы снова сомкнулись, оставив для проезда узкое ущелье, и Эрик незаметно перевел дух, перестав страшиться засады. Правда, тьма вокруг сгустилась почти до черноты, и чтобы не налететь на стены, ему пришлось выдвинуть вперед щупы.
— Вообще, если бы не последние события,— продолжал разглагольствовать Олт,— то и статные молодцы, вроде вас, скоро вышли б из моды. Или мы еще не все награбили?
— Мы только брали свое! — снова раздражаясь, огрызнулся Эрик.— Закон природы: слабый должен уступить.
— Приятно видеть, что воспитание молодняка у нас по-прежнему на высоте,— насмешливо отозвался Олт.— Рад за вас, мой юный Тигр!
— Опять не нравится? Должен вас предостеречь, любезный…
— Пусть выскажется, Эрик,— лениво вмешался гигант.— Это может оказаться занятным.
— Не терплю лести,— фыркнул Олт.— Тем не мене продолжаю — старикам простительна болтливость, ведь правда?.. Похоже, юноша, у вас крайне превратное представление об эпохе завоевательных войн. То, что мы якобы лучше других народов,— ложь и чушь, пусть глупцы тешат этим свое ущербное самолюбие. Мы не лучше и даже не сильнее остальных, зато превосходим всех хитростью, злобой и, как ни прискорбно, тупостью — иначе как сумели бы мы сплотиться в такой монолитный кулак?
— Это все? — сдерживаясь, спросил Эрик.
— А еще вспомните, откуда мы вышли,— добавил старик.— Ведь огры — одно из чудовищных порождений Огранды, и вся наша пресловутая сила — от нее.
— Пусть так! Зато другие бы здесь просто не выжили: для этого тоже нужна сила.
— Послушайте, юноша,— задушевно молвил Олт.— Но если вы так уважаете право сильного, какие у вас могут быть претензии ко мне?
Горн расхохотался и хлопнул побелевшего Тигра по плечу.
— Вы субъективны,— с сожалением заметил старик.— Вам недостает холодного рационализма — ваш отец был опаснее.
Тормознув машину, Эрик вскочил бы, не удержи его в кресле рука Горна.
— А вы игрок, Олт,— проворчал гигант.— Вы опять сказали больше, чем требовалось. И не надоело вам искушать судьбу?
— Сейчас я его… — угрожающе начал Тигр.
— Тихо! — вдруг рыкнул Горн, вскидывая голову к прозрачному потолку.— Смотрите!
Эрик успел заметить только бледное мерцание в сплошном слое туч, запиравших ущелье сверху.
— Так,— буркнул гигант,— доболтались.
