Везучий, подонок!.. полностью

Вот Док в купальном халате, в шезлонге возле бассейна, повсюду девочки и коктейли, пейзаж абсолютно мирный. Официант с подносом, морда выбрита, глаза проныры. И дюжий азиат скосился в его сторону очень недобро. Я бы из этих рук есть тоже не стал, усмехнулся Субботин. Фоток мало? Пожалуйста, протокол наблюдений. Расписан Док под Хохлому, как то ещё пасхальное яичко: жёны, любовницы, картишки-банчишки и прочие страсти плюс ряд грехов посерьёзней. Сферы влияния, интересов, актуальных и будущих инвестиций. Структура и штат окружения. Бухгалтер у него, припомнил Субботин, это доо… вневременной пантеон журнала «Maxim» нервно курит в рукав. В доступной форме чередуются таблицы, расчёты, графики. Всё вышеизложенное в совокупности ни малейшего криминала не содержит, но кое-что предвещает. Ни много, ни мало, а рейдерский захват страховой конторы, имеющей… (Субботин на минуту задумался, даже прикрыл глаза) порядка трёхсот филиалов. Из тех, что… да, как раз вот из этих.

Дочитав и поразмыслив, Вилька ощутил, что голова идёт кругом, а вся спина в холодном поту. Интересно, чья это бомба? За что мне такое счастье?! Но адрес отправителя выглядел, как и при первом знакомстве, хаотично набранным шифром. «Так и выложат на стол тебе весь расклад, – затосковал Субботин. – Держи карманчик шире… и сделай умное лицо». Ответ написать – мол, ошиблись, гражданочка! По данному адресу нет – и отродясь не бывало! – никаких Препендюкиных. Правильно набирайте номер! А если он набран правильно? Тогда… что же? Уничтожить письмо? Восстановят, потом, возможно, снова пришлют. Переслать его в страховую контору, ООО имярек? И кто у нас тогда идиот?! Охрана затискает: откуда в вашей почте секретные данные? Зачем и почему? А там и на проводе… ясно, кто. Отправить Циклопу? С пометкой «Борис Янович, у вас вся спина белая!». Лучше уж сразу вздёрнуться, самому. Циклоп без размышлений зароет почти любого. Подальше и поглубже. Или закатает в асфальт где-нибудь в тихом месте – к примеру, в окрестностях Агалатова. Потом уж примется выяснять, что к чему. Такой у них, графьёв великолитовских, деловой подход. Оттого Док до сих пор на свободе. Мы, стало быть, не графья, на кухне помоемся. Свобода действий – это коридоры ошибок. Умный не бродит по коридорам в поисках истины, он чаще сидит в раздумьях или курит на лестнице.

«Чего хотели данные козлы? – размышлял Субботин, пытаясь заморозить панику. – Кому понадобилось толкнуть меня под колёса? Властям? Конкурентам? Сикрет-сервису, службе охраны? А может, ткнули в меня письмецом наугад, как палкой, пытаясь расшевелить, как медведя в берлоге? И посмотреть, куда и как я плакаться побегу. Не надо звонить Циклопу. Не стоит ждать милостей от природы, глядишь, подкинут завтра чего похуже. Ещё варианты? В «Проминвесте» надо порыскать, зря, что ли, перетаскал я им туеву хучу ипотечных клиентов? У Циклопа в банке есть очень серьёзный пай. Стало быть, возможны варианты. Его хотят устранить, а пай переправить? Его переправить, а пай устранить?!». Белиберда, да и только.

Нынешние банки, к слову сказать, в начале 2000-х становились все более доступными к возможной потере контроля. Гримасы нормативной базы, необходимость проведения множества стремительных операций в связи с волатильностью в финансовом секторе то и дело заставляли топ-менеджеров принимать скоропалительные решения, которые могли сопровождаться ошибками в составлении документов, равно как и другими просчётами. Сие престранное обстоятельство, не мешкая, взяли на вооружение рейдерские структуры, в рядах которых замелькали лица, весьма заметные в Городе и крепко понимающие в банковском бизнесе. Циклоп (Доктор, если угодно) почуял, что время чистого рэкета истекло. Настали времена, когда топор рэкетира поник перед скальпелем подковерных решений. Разбой сместился с пустырей в кабинеты. Циклоп, при всём его своеобразии, в банковском деле был абсолютно чист, хоть икону пиши. Но кто сказал, что прочий иконостас не мечтает сбросить заносчивого Доктора с корабля современности? То-то и оно.

Искать отправителей надо среди врагов – но не моих, а Циклопа, решил Субботин. Прервав размышления, зевнул с подвывом: до завтра ничего не буду решать. Ноутбук в чехол, документы в папку – я снова здесь, мои цыгане! Пора заняться перспективным жильём. Самым вкрадчивым темпом, на какой только был способен, Субботин подбирался к наиболее «вкусным» застройщикам Города. Они пока что были не на виду, потихоньку растащив на торгах самые перспективные пятна под жилую застройку. Будь ипотека по уму, а не по скорой наживе, даже на стадии свайного поля грядущие квартиры расхватали бы, как призовые очки. Жильё на глазах становилось великолепным товаром, даже инвест-проектом, захват коммерческих площадей манил к себе проливными ливнями высокой арендной платы. Занималось, как ранняя зорька, строительство коттеджных посёлков: вот тут и будет вам жильё плюс свежий воздух. Будни двадцать первого века… повсюду надо успеть.