Эштон пришел в себя после оргазма далеко не сразу. И вроде бы уже и дыхание выровнялось, но сознание было совсем далеко. Воистину, этот секс можно было назвать одним из самых ярких для него, совершенно не забывающихся. И уж при том, сколько у него было партнеров — на одну ночь или на пару недель, — подобной бури чувств он еще в себе не наблюдал.
Лениво стянув с себя маску, он чуть поднял взгляд, глядя на него с легкой поволокой от еще не оставивших его эмоций после осознания факта секса на новом уровне их отношений. А то, что это был новый уровень, Эштон не сомневался.
И знал, что уже минут через десять его начнет это пугать, но пока можно было насладиться самой ситуацией и явно довольным Виктором, который его даже не выпихивал в душ, как делал обычно после секса, а уже потом его тянуло обниматься.
Молчание прервал все же Эштон, в голосе слышалась легкая ленивость, спокойствие и довольство — их скрывать он не стал, потому что было совершенно бессмысленно.
— Мне понравилось так, — заявил парень, удобнее устраиваясь на плече у Виктора. В ближайшие несколько минут он вообще не собирался шевелиться.
Виктор слабо кивнул, продолжая копаться у Эша в волосах.
— Да, — все же озвучил он и добавил:
— И мне. Даже очень. Иди сюда, — Хил подтянул любовника и приподнял голову за подбородок, накрывая губы.
Эштон ответил на поцелуй, но не стал его углублять, оставляя его легким и даже каким-то уютным.
— И ты не отправляешь меня в душ, — заметил парень. Говорливость в нем проснулась слишком быстро, но он понимал от чего это — чувство неловкости все-таки было. Как у девственника после первого секса, только для Эштона было еще более неловко.
— О, хорошо, что напомнил, — Вик издал смешок и шутливо качнул плечом, будто пихая парня на подъем. Но из рук все равно не выпустил, давая понять, что это лишь шутка.
— После такого полагается передышка дольше, чем обычно, — пояснил он. Передышка нужна была и самому Виктору. — Предлагаю не душ, а ванную. На двоих.
— О, — Эштон усмехнулся, потягиваясь, словно сытый кот. — Я не думал, что ты проникнешься настолько, — он перевернулся на грудь и поставил уже в привычном жесте подбородок любовнику на плечо, заинтересованно на него смотря. — Но я был неплох, судя по всему. Вот когда нужно было записывать видео. Я бы потом на старости лет знал бы, чем могу похвастаться несуществующим внукам.
— Слишком ленив, чтобы стоять, — пояснил Виктор, сбивая с предложения излишний налет романтизма. В конце концов, желание лежать и нежелание перенабирать играли немаловажную роль в принятии решения. — Дважды ленив, чтобы ждать освобождения ванны.
Тем не менее, некую романтику Хил все же подразумевал.
— Ты был очень хорош, — поправил Виктор, скашивая глаз на Эштона. — Сомневаюсь, что это смотрелось бы в домашней записи. Но выглядел охуенно, — доверительно поделился Хил, — не говоря еще об эмоциональной составляющей. Как ощущения? Была паника или, может, хотелось снять маску?
— Хотелось, — не стал отпираться Эштон. — В самом начале и когда ты вертел меня на кровати, как тебе хотелось. Тогда нервничал. А потом хотелось просто на тебя посмотреть. Судя по ощущениям, ты бы меня съел и не подавился бы, — он усмехнулся, переворачиваясь на спину и освобождая Виктора от своего веса. — Если так хочешь в ванну, то иди набирай. А потом попробуй еще уговорить меня, чтобы я пошел. Если я за это время не вырублюсь, — тут он несколько утрировал. Конечно, по телу расползалась нега, как обычно после секса, но сознание было вполне трезвым и не отходящим в страну Морфея.
Виктора можно было назвать сконфуженным. Он не видел смысла отпираться, действительно сожрал бы — не в прямом смысле, но с огромным наслаждением. Это было правильно, но до странного лично, потому вслух звучало — особенно, с такими обыденными интонациями — немного коробяще.
Хил просто кивнул, предпочтя не развивать тему дальше, сбросил странный осадок от сказанного, и взъерошил Эштону волосы.
— Пойдешь, — хмыкнул он, отодвигаясь к краю, чтобы встать. — Иначе понесу на руках. А скорее — на плечо заброшу; уж теперь можно.
— Ты мне еще свадебное платье не купил, чтобы на руках таскать, заметил лениво Эштон, зевая. Он снова потянулся, потом встал, кинув укоряющий взгляд на любовника. — Но вообще, ванну мог бы и набрать, — сам он уже в отличии от Виктора совсем встал и даже сделал пару шагов в сторону двери. — В благодарность за эстетическое наслаждение, — фыркнул он, скрываясь за дверьми.
— И не собираюсь покупать, если только поэтому при упоминании рук ты гордо идешь пешком, — хмыкнул Виктор, поддерживая шутливый тон. Он встал следом, не сдержал зевка, а потом прихватил с тумбочки пачку сигарет Эштона — решил искупить “вину” за медлительность таким образом. У Эша, правда, на кухне, наверняка, еще одна пачка есть, но кого это в тот момент волновало.
— Сигареты оставил, — прокомментировал Вик, забирая одну сигарету и отдавая остальную пачку любовнику, догнав его в гостиной. — Под ванну, кстати, у нас пена есть, — хмыкнул он, заворачивая и включая воду. — Вишневая.
