— А нормального заработка у тебя никогда не было? — со смешком уточнил у любовника Эш, утыкаясь носом в чашку кофе, чтобы заглушить в себе порыв рассмеяться.
Николсон поднял ладонь, затыкая раскрывшего было рот Виктора и мирно отмахнулся от Мартина.
— Э-эш? — позвал он, укладываясь локтями на стол и заглядывая в чашку парня, будто надеясь увидеть там его отражение. — Твой нормальный заработок сколько составлял? В месяц.
— Официальный или с откатами? Сегодняшний или прошлый? — Эштон ожидал нечто подобного, но не от Николсона, но не спешил отстраняться. Просто поднял лицо и его нос почти касался переносицы Кира, так как тот еще смотрел в его чашку.
— Составля-Л, — акцентировал Ник, поднимая глаза и встречаясь улыбающимся взглядом с Эштоном. — То есть тот… в фирме до кутузки. Давай и официальный, и с откатами.
— Официальный — пять тысяч в месяц. Плюс премия, тоже официальная — от трех до десяти тысяч, в зависимости от выполнения показателей. Плюс откат от каждого крупного клиента — тут уже от десяти тысяч и выше. Надо ли говорить, что я имел дело только с крупными клиентами?
— Прикольно, — растянулся в улыбке Николсон и выудил из кармана ключи с парой брелков, вместе с которыми болталась небольшая колбочка с пробкой снизу. На той стороне пробки, что была обращена внутрь, находился земляной слой, а в нем сидел маленький кактус — два зеленых шарика один на другом с ярко-красными иголками.
— Ты что, сдурел? — Виктор, кажется, едва не выронил челюсть.
— Сувенир, — поморщился Кир и снова обратился к Эштону:
— Вот эта малютка, зеленый недоделанный снеговик с красными коготками, гнездится семействами от пятидесяти особей. Одна вот такая особь стоит твою месячную зарплату вместе с максимальной премией. Иногда больше — смотря, кому и как срочно нужно.
Николсон протянул брелок-колбу с полуторасантиметровым кактусом Эшу, предполагая, что тому будет интересно рассмотреть растение ближе.
— Еще вопросы о нормальном заработке?
Виктор цокнул языком, явно не одобряя показухи Кира.
Эштон окинул взглядом брелок, потом хмыкнул и откинулся на спинку стула, складывая руки на груди.
— Между прочим, я не говорил, что на кактусах нельзя зарабатывать, это были его сомнения, — он кивнул в сторону Мартина, с интересом следящего за развитием событий. — Я говорил, что это ненормальный заработок. Потому что контрабанда. И не нужно сейчас заявлять, что у меня нет права так говорить, так как я принимал кокаин. Я его не перевозил через границу. Я был тем, кто покупал ваши кактусы.
— Кактусы не на наркоту переводят, — незаметно встрял Виктор. — Они ядовиты по большей части.
— Он не высказывал таких сомнений, — парировал Николсон, подсовывая брелок Мартину, если растением заинтересовался хотя бы он, но продолжая смотреть на Эштона. — Ты сказал “ненормальный”, я решил, что речь о цене. Но тогда чем тебя конюшня не устраивает? Почему этот заработок ненормальный?
— Потому что для меня занятие лошадьми скорее хобби, чем работа, — дернул плечами Эш, понимая, что сам себя загнал в угол. Виктор наверняка обидится, но не ответить Николсону не мог — дело принципа.
Мартин же внимательно рассматривал брелок, даже его в руки взял и покрутил.
— У моего отца такие есть. Случайно не ваш клиент?
— И что, — не унимался Николсон, показав жестом Мартину, что ответит чуть позже, — если на деньги, которое приносит хобби, можно вполне сносно жить, это ненормальный заработок? Скорее, наоборот: нихуя ж себе хобби, на которое жить можно! Вик прохлаждается и деньги получает, а ты, чтобы деньги получить, пашешь всю рабочую неделю.
— Сгущаешь краски, — прокомментировал Виктор.
— Отвянь, — отозвался Ник, и Хил замолчал. — Ну так?
— Скажем, не всю рабочую неделю. И получаю я больше, чем Виктор со своим нынешним хобби, — Эштон все же ввязался в спор, хотя заранее понимая, что это плохая идея. Но не защитить себя он не мог. Как и оставить Николсона правым.
— Ну так все-таки дело было в цене? — разулыбался Николсон. — Так и скажи: дохуя мало ты, Виктор, получаешь, и не верил я, что кактус стоит двадцать кусков.
— Не переворачивай с ног на голову, — поморщился Эштон, чувствуя, что начинает уже злиться. Эта манера Николсона выводить его из себя за считанные минуты порядком напрягала. — Я не говорил, что он мало зарабатывает. Я сказал, что меньше меня. Это разные вещи. Тем более, что сейчас я вообще безработный.
— Ты сказал, что у него не было нормального заработка среди тех, о которых ты знал. Попытался выкрутиться, что речь о незаконности, но кажется, дело все же было именно в количестве зелени. Так что, Виктор, — Ник повернул голову к Хилу, — дохуя мало ты получаешь на конюшне, — после паузы Кир добавил, ткнув пальцем в Эштона, — по сравнению с ним, конечно. Тем более, что он сейчас вообще безработный. Что там с твоим отцом, Мартин? Эти милашки идут в переработку, клиентам их нет смысла держать в таком виде.
