Только я подумал, зачем тут отели для людей, когда рядом есть бесплатное жилье, как сам же ответил на свой вопрос: гостиницы здесь по большей части курортного типа — с огромными бассейнами (в карманных, как я понял, измерениях), казино, аквапарками и прочими радостями. Индустрия развлечений тут процветала, и это напоминало то, что происходило во времена золотых лихорадок на Земле.
Через улицу начинался человеческий квартал красных фонарей, но мы туда не стремились, хотя уверен, там было на что посмотреть. В списке профессиональных модов встречались мне и те, что предназначались для этой сферы услуг.
Крисси смотрела на все широко распахнутыми глазами, как провинциальная девчонка, попавшая в большой город. Остановив взгляд на многометровой вертикальной головывеске, которую нельзя показывать детям, она жутко смутилась и отвернулась. Ее уши заалели ломтиками помидоров, а глаза увеличились вдвое, сделав внешность девчонки анимешной.
— Крисси, за дело! — сказал я, взяв ее за плечи. — Сейчас разделимся и идем по улице. Я по левой стороне, ты — по правой. Заглядываешь в заведения, если наших или Грега нет, идешь дальше. Встречаемся в конце улицы у перекрестка… — Я посмотрел на «перекресток», соединяющий восемь улиц с разных уровней, и кивнул, указал на него. — В общем, там. Если никого не найдем, пойдем по второму кругу, но уже будем опрашивать местных.
— Поняла, — ответила Крисси. — Только там, если свернуть направо и вниз, рестораны продолжаются.
— Тогда от перекрестка пойдем вместе.
На прочесывание аллеи ресторанов у нас ушло меньше получаса. Почти все заведения были небольшими, как правило, из одного зала — хозяева старались использовать каждый сантиметр. Видимо, аренда или само пространство стоили дорого.
Крисси закончила первой и ждала меня у перекрестка. Она покачала головой, я ответил тем же. Мы двинули дальше — свернув, перешли на перпендикулярную улицу.
В глаза сразу же бросилась светящаяся желтым неоновая вывеска над деревянными дверями-створками — коротышка в зеленом сюртуке и в шляпе тряс горшочком, из которого непрерывным потоком сыпались на брусчатку голографические золотые монеты. Вывеска гласила: «Золото лепрекона». Чуть ниже была приписка: «Единственный настоящий ирландский паб на Сидусе!»
Крисси устремилась туда, обгоняя меня, замерла у порога и подергала веревку медного колокольчика.
— Динь-динь! — отозвался колокольчик, и она отпрянула.
Дверь распахнулась сама собой, потянуло табачным дымом и алкогольными парами, на нас обрушился гомон и старинная музыка.
Мы переступили порог и оказались в типичном ирландском пабе с поправкой на то, что располагался он в центре галактики. Впрочем, если не считать нескольких инопланетян, «Золото лепрекона» выглядел почти так же, как «Автозак» — ирландский паб, в который мы с Джослин любили ходить, пока были вместе.
Высокие столики, за которыми люди предпочитали стоять, а не сидеть, барная стойка, небольшая сцена, где пронзительно-душевным голосом исполнял песню гитарист, шумные компании, выкрики и взрывы смеха, звон бокалов и деревянный пол, поскрипывающий под ногами. Все это, казалось, сохранило дух того времени, когда не было компьютеров и коммуникаторов, всю серьезную технику создавали из металла, а люди предпочитали флаерам наземные автомобили.
Деревянный пол имитировал плитку в шахматном порядке: светло-желтая, коричневая, светло-желтая, коричневая, — а вся мебель: стойка, высокие табуреты, столы, мебель бара, — была из цельного дерева. Даже балки наверху деревянные. Вряд ли все это везли с Земли, где настоящая деревянная мебель стоит столько, что доступна только очень богатым людям.
Я присмотрелся к инопланетянам: тройка рапторианцев в компании людей с удовольствием поглощала пищу, выглядевшую человеческой, огья общался с мужчиной в старомодных очках, крылатый да’ари завис под потолком и разговаривал с парой девушек, вольтрон сидел за стойкой бара и, потрескивая разрядами, чем-то делился с барменом…
— Наверное, тут безумно дорого, — прошептала Крисси. — Откуда у людей такие де…
Она запнулась, когда ее взгляд остановился на знакомом рехегуа Убаме.
Грега Голову мы с Крисси заметили одновременно. Это случилось, когда он, до того прятавшийся за спинами людей, поднялся из-за стола.
Его столик находился в дальнем конце зала, а сидел Грег спиной ко входу, рядом с Убамой. Справа от них располагались Саид и Альфредо, слева — Джанко и рапторианец. Странно… Ведь когда человеку есть чего опасаться, он садится лицом к двери, чтобы отслеживать входящих.
Кулаки сжались сами собой. Подвинув официантку, я решительно зашагал к Грегу, который что-то рассказывал и активно жестикулировал ручищами.
Альфредо заметил меня, когда до их столика оставалась пара шагов. Он качнул на меня головой, указал взглядом, но Грег не понял, а обернулся, только когда я воскликнул:
— Здорово, бандиты!
