— Надо двигать, — высказал очевидное Эбуций и все покосились на все еще бессознательного центуриона.
Сам он идти не сможет, кому-то придется его нести, а это лишние руки. Умбра уже открыл рот, чтобы высказаться, как слева в кустах наметилось движение и крики на местном наречии. Теперь рыпаться поздно, мексика уже тут. Кальвус и смуглый легионер вышли вперед, Эбуций шел замыкающим. Марию оставили рядом с Септимусом как резерв. Она аккуратно устроила центуриона между камней и сама притаилась за одним из них, положив ствол Сигмы так, чтобы простреливались все подходы к их убежищу. Пальцы все еще не гнулись, но уж лучше потревожить рану, чем погибнуть. Вдалеке всколыхнулся эфир, сообщая о том, что по крайней мере Галл наткнулся на дикарей. Спустя пару секунд послышались далекие и нежные хлопки выстрелов, еле слышные, сопровождающиеся эфирной рябью, которую Мария воспринимала легко и полно. Первым вернулся Умбра, за ним из кустов выбрались эфириус и Кальвус.
— Всех положили, уходим, — сухо сообщил смуглый легионер вытирая чужую кровь с лица. — Эбуций, сделай снова эту свою «волну», чтобы быть уверенным, — обернулся он к Галлу.
Пока тот произносил формулу, они успели собрать еще не собранные пожитки и привести в сознание Септимуса, который был совсем плох. Умбра и Мария чуть не столкнулись головами осматривая центуриона, когда Эбуций громко выругался.
— Проклятье! — он добавил еще пару матерных слов и пояснил для повернувшихся к нему товарищей. — Мы уничтожили только передовой отряд, за ним идет еще один. Минимум две контубернии.
Леандр остановившимся взглядом обвел всех. Девушка практически чувствовала, как он просчитывает варианты, потому как сама занялась тем же. Эфириус стоял запустив руки в волосы, лицо побледнело, губы кривились не то в усмешке, не то в оскале. Конец. От двадцати с лишним мексика им ни за что не уйти, принять же бой — прямой путь к самоубийству. Неужели все было зря? Мария посмотрела на Кальвуса. Единственная надежда — дать артефакт ему, а самим попробовать увести преследователей в другую сторону. Он разведчик и сможет выжить в этих лесах. В тишине хриплый голос Септимуса заставил всех вздрогнуть.
— Я их задержу, — он вздохнул. — Сделайте мне эту оживлялку или как она называется, — посмотрел он на Эбуция. — И оставьте пару запасных магазинов.
— Две контубернии, — Умбра буравил взглядом центуриона. — Столько тебе не остановить.
— У меня есть для них сюрприз, — ухмыльнулся Кассий и вытащил на свет эрупт, близнец того, что помог им на пирамиде. — Тем более тащить меня с собой вы не сможете. Я уже не жилец. Идите, пока есть возможность.
Никто не разводил бессмысленные споры. Мария хотела бы сказать, что хочет остаться, но чувствовала вместе с остальными как что-то внутри расправляется. Надежда. Септимус подарил им надежду. В какой бы заднице не оказывался человек, жить хочется всегда. Поклажу быстро собрали, паек центуриона и другие его вещи разделили между собой, ему оставили запасные магазины для ружья и для пистолета. Чашу он передал Умбре, что-то шепотом сказав тому на ухо. В тишине четверо, что осталось от отряда из двенадцати человек, вытянулись и ударили кулаками в грудь под негромкое но твердое «Аве!». Септимус ответил им тем же. Не прощаясь, они развернулись и скрылись в кустах, ведомые сосредоточенным Кальвусом.
Центурион дорого продаст свою жизнь, ему оборудовали неплохое укрытие между камней, которое ранее облюбовала Мария. Помимо этого у него будет и финальные аргумент в виде гранаты. Он смотрел вслед уже бывшим подчиненным и лицо его озарилось улыбкой. Увидь кто мужчину в этот момент, не узнал бы сурового Септимуса, он преобразился и выглядел как совершенно счастливый человек. Единственное, о чем Кассий жалел, что так и не посмотрит в глаза жене и детям. Вскоре на размышления времени не осталось, он вцепившись в ружье выцеливал первого дикаря.
Взрыв прогремел за их спинами, когда они уже около полчаса практически бежали за Кальвусом. Все вздрогнули, но никто не обернулся, на каменистых склонах холмов это было слишком опасно, оступишься и уже не встанешь. Поняв, что Септимуса больше нет, припустили еще быстрее. Спустя почти час безумной гонки они наткнулись на реку, к сожалению, текущую на север, а не на восток, куда им было нужно. Узкая и бурлящая, она на первый взгляд казалась не опасной, но Кальвус долго вел их вниз по течению, пока не одобрил брод. Босые и с закатанными штанинами они пересекли реку и снова устремились вперед. Вторая речка встретилась почти сразу после первой, повезло, что была небольшой и они даже нашли каменный завал, позволивший перебраться посуху. Отдохнуть решились лишь когда стемнело. Словно загнанные лошади, уже плохо соображая, пристроились в расселине и смогли перевести дух, чтобы поговорить.
— Сможешь еще раз сделать «волну»? — хрипло спросил Умбра.
— Опасно. Эфир тихий. Сразу засекут, — ответил Эбуций.
— Если есть кому засекать, — сипло прокомментировала Мария, бессильно лежа на грязном и вонючем одеяле.
— Рискнем, — постановил их новых командир.