— Как же ты мне надоел! Каждое мгновение, все эти века, я мечтаю только об одном: оторваться от тебя! Быть самой! Идти туда, куда я хочу, а не умолять тебя сделать один единственный шаг.
Она прервала свой крик, набрала побольше воздуха и проорала во всю мощь, так что её вопль отразился эхом от горизонта.
— Я хочу быть сама!
— И я хочу этого же больше всего на свете... — тихо проговорил я.
***
Я проснулся с тягостным ощущением, как будто моё сознание всё ещё не до конца вернулось в реальность. Впечатления от сновидения оказались неожиданно яркими и переживались ещё долго после пробуждения. Я будто до сих пор был заперт в уродливом теле с двумя головами, каждая из которых жаждет существовать независимо и жутко мешает другой. Чувства тоски, бессилия и раздражения из-за невозможности даже пошевелить пальцем, ведь для малейшего движения нужны скоординированные усилия обеих голов. Гнетущее эмоциональное состояние сопровождало меня всё время, пока мы сворачивали лагерь и готовились к отлёту.
Софи, поглядывавшая на меня всё утро и, видимо, приняв на свой счёт моё мрачное выражение лица, раздражённо спросила:
— Марк, в чём дело? Чем ты недоволен?
— Всё нормально, дорогая, не обращай внимания, — с трудом выдавил я улыбку. — Просто сон тяжёлый приснился. Сам не понимаю, к чему он.
— Хочешь поделиться? — уже мягче поинтересовалась она.
— Нет, — неожиданно резко ответил я, удивив самого себя.
Дальше мы работали молча, каждый погрузился в собственные мысли. Лагерь сворачивали быстро и привычно. Уже через полчаса сумки и снаряжение были упакованы и надежно закреплены на спине Бриана. На этот раз Лидия решила лететь вместе с Софи на Танагре. Мне показалось, что жёны захотели обсудить что-то исключительно между собой. Я решил не мешать им.
Пока мы суетились с поклажей, Горбаш настороженно крутился рядом, нервно переступая мощными задними лапами и покачивая массивной головой. Он явно не понимал, почему люди вдруг так разволновались, собирают вещи и готовятся куда-то отправляться.
Наконец, когда всё было готово, Лидия подошла к своей виверне и, ласково погладив его по длинной морде, сказала:
— Лети за нами и ничего не бойся, Горбаш. Мы возвращаемся домой. Там много людей, но тебя никто не обидит. Только и ты никого не пугай.
Виверна что-то утробно проурчал в ответ. Лида улыбнулась, похлопала ладошкой талиара по жесткой чешуе и залезла на спину Танагры.
Драконы легко оторвались от земли и стали быстро набирать высоту, а Горбаш заметно отставал от них. Ему приходилось рассчитывать только на собственные силы. Его движения были гораздо медленнее и тяжелее, чем у наших фамильяров. Виверна совершал мощные взмахи крыльями, особым образом складывая гигантские перепонки на взмахе и широко распахивая их при движении вниз. Я видел, как воздух шумит, прогибается и создаёт завихрения вокруг Горбаша. Несмотря на свою мощь, Горбаш выглядел неуклюжим по сравнению с драконами. Вскоре он начал отставать, что заставило меня задуматься о том, какое огромное преимущество есть у драконов благодаря их магии.
До этого я не до конца осознавал, почему, обладая такими огромными резервами и скоростью поглощения энергии из окружающего пространства, драконы в таком крохотном объёме используют магию. Теперь же мне стало очевиднее то, что я знал и раньше, но понимал не до конца. Для них магия — не инструмент, а скорее естественная часть их существования, способ облегчить своё гигантское тело, сделать движения лёгкими и экономными. Горбаш, не обладая такими возможностями, выглядел слишком уязвимым. Глядя на его неповоротливость и размеры, я всерьёз задумался о необходимости создания защитного артефакта для виверны Лидии, а также чего-нибудь, что поможет ему хотя бы частично компенсировать недостаток маневренности и скорости в воздухе.
По моей просьбе Бриан снизил скорость, и мы летели рядом с Горбашем. Я внимательно наблюдал как за его движениями, так и за тем, как воздух откликается на них. Не откладывая на потом, сразу стал продумывать принцип действия артефакта, облегчающего полёт.
За размышлениями время пролетело незаметно, и вскоре перед нами появился знакомый силуэт холма, окружённого суетящимися людьми. В этот раз я решил не нарушать рабочий ритм и направил драконов чуть в сторону, к площадке у подножия холма. Но даже несмотря на осторожность, появление третьего «неправильного дракона» вызвало у людей ажиотаж. Особенно бурную реакцию вызвала странная внешность и неловкая походка огромной зелёной виверны, которая передвигалась, согнув крылья, и опираясь на них, словно на костыли.
Пока мы разгружали поклажу и снимали сёдла, рядом быстро собралась шумная толпа любопытствующих жителей и работников. Со всех сторон неслись удивлённые возгласы:
— Смотри, какой огромный! А что это за шипы?
— У него что, лап нет передних? Как он вообще так ходит?
— Чудное какое существо, словно недоделанный дракон!
Выждав минуту, чтобы дать людям возможность утолить первое любопытство, я усилил голос магией и объявил:
