По данным источников американских журналистов в DEA, встреча Виктора и Смуляна состоялась неподалеку от подмосковного Голицыно. Здесь, в частном доме, жил Бут. После ареста Виктора этот, доставшийся в качестве залогового имущества одному из российских банков, трехэтажный дом в одном из коттеджных поселков Одинцовского района был выставлен на продажу за 15 миллионов рублей. Весной 2020 года он был продан.
К моменту визита Смуляна в Москву Бут уже свернул бизнес в сфере авиаперевозок, закрыл свои компании и распродал практически все находившиеся на балансе воздушные суда. Это произошло в течение пары лет после инспирированного на Западе скандала с якобы имевшим место обходом санкций ООН. После этого предприниматель занимался более «приземленным» бизнесом — строительством коттеджей, производством кафельной плитки и даже поставкой деликатесов для московских ресторанов.
В Голицыно бывшие партнеры по коммерческим проектам в Африке детально обсудили поступившее от «колумбийских революционеров» предложение. Бут прямо заявил Смуляну, что он «не работает с наркодилерами» и попытался с помощью открытых источников перепроверить, с кем же именно встречался его деловой партнер (вероятно, завербованный к тому времени американцами). Для этого Виктор показал ему найденные в Интернете фотографии высокопоставленных членов ФАРК, на которых, естественно, ни Карлоса, ни Рикардо не оказалось.
Уже на этом этапе Виктору следовало бы всерьез насторожиться. Подкупающее своей щедростью предложение о совершении «мутной» сделки со стороны незнакомых людей, идентифицировать которых невозможно, разыскиваемому Интерполом с 2005 года предпринимателю следовало бы немедленно отклонить. Однако якобы заинтересованный в крупных комиссионных в случае заключения сделки Смулян убеждал: хотя ФАРК и продает наркотики, их борьба является политической и направлена против США. В итоге, не имея никакой возможности продать необходимые «колумбийским революционерам» ПЗРК, Бут выдвинул предложение сбыть им старые транспортные самолеты, остававшиеся на балансе его авиакомпаний и прикованные к земле в ОАЭ.
Перед этим Виктор, по данным американских спецслужб, сделал звонок своему болгарскому партнеру Петру Мирчеву в Софию. В ходе короткого разговора на русском языке Бут якобы поинтересовался, есть ли у Мирчева «иголки — инструменты для шитья», на что собеседник ответил о наличии более сотни «швейных устройств» на Украине. Именно так этот разговор, который эзоповым языком якобы велся о ракетах «земля-воздух» позже будет преподносится в обвинительных документах американской прокуратуры против россиянина. Но эта версия, как говорится, не клеится. Во-первых, общественности так не была предоставлена аудиозапись или хотя бы расшифровка разговора Бут — Мирчев. Во-вторых, еще в 2003 году
Учитывая, что подобные «откровения» появились в западной прессе за 5 лет до встречи Виктора со Смуляном в Москве, вообще непонятно для чего «сотруднику КГБ или ГРУ» (каким изображают Бута западные СМИ) обсуждать по открытой телефонной линии весьма деликатные деловые вопросы. Представить себе, что Бут мог не догадываться о возможной электронной слежке или перехвате его международных телефонных переговоров, невозможно. Наконец, сам Мирчев впоследствии категорически отрицал не только якобы имевшее место обсуждение с Бутом нелегальной продажи ПЗРК, но и сам факт такого телефонного разговора в 2008 году. Например, в направленном в апреле 2015 года письменном заявлении американскому суду болгарин, предупредив о своей осведомленности об ответственности за дачу ложных показаний, указывал: «Я в курсе, что Эндрю Смулян дал показания… что Бут якобы сказал ему, что он сможет предоставить сто ракет “земля-воздух” после предполагаемого разговора со мной. На самом деле, тех телефонных разговоров, о которых на суде заявил Смулян, не было. Я никогда не давал Виктору Буту каких-либо предложений или обещаний в отношении какого бы то ни было количества ракет “земля-воздух”. Выступление Эндрю Смуляна на этот счет было фабрикацией».
Вывод очевиден — «разговор» Бута и Мирчева о «иголках», скорее всего, был сфальсифицирован спецслужбами США лишь для того, чтобы у американского суда и присяжных сформировалось нужное представление о россиянине. Что же до Смуляна — то, спасая свою шкуру, он сказал ровно то, что ему приказали озвучить в зале суда кураторы из DEA. Именно им сразу после встречи с Бутом в Москве и отъезда из России Смулян, вероятно, детально отчитался об успешно выполненном задании. И в красочных подробностях пересказал все свои беседы с Виктором. Об этом также пишет упомянутый выше британский автор Дэмиен Льюис в своей книге «Операция “Преследование”».