Виктора Васнецова, впервые оказавшегося в этих местах, они поразили. Он словно в храм вступил в сень весеннего лесного мира, близкого к Москве, но и столь далекого от нее по своему духу, настроению, тому живительному спокойствию, которое словно разлито в гармонии природы и даровано каждому. Он шел по узкой лесной тропинке, обрамленной, как драгоценной рамой, синими и белыми первоцветами, смотрел на светло-зеленые огоньки – молодые побеги елей, почти одинаковые и на вековых могучих деревьях, и на молодой весело-пушистой поросли. Здесь пахло хвоей, землей, напоенной талыми водами, пахло его детством. Вслед за чащей и оврагами, прудами и болотцами, поросшими камышом да осокой, тропинка вдруг вывела его на неоглядный луговой простор. Здесь солнце слепило глаза, ковер трав едва колыхался под свежим ветерком, а вдали текла по равнине извилистая речка Воря, отражая небо – вековечный русский простор. Так увидел Васнецов абрамцевские земли, и закономерно, что именно здесь ему работалось исключительно легко и свободно, именно здесь он написал многие из своих вдохновенных творений, овеянных все тем же «духовным ароматом» вековечной Руси – пейзажи и этюды цветов и, конечно, картины былинно-сказочного, историко-религиозного содержания: «Св. Сергий Радонежский» (1882. Икона. Музей-заповедник «Абрамцево»), «Богатыри», «Аленушка» (1881. Х., м. ГТГ), «Три царевны подземного царства» (1879. Х., м. ГТГ), «Избушка на курьих ножках» (1870-е гг. Х., м. Музей-заповедник «Абрамцево»), «Затишье» (1881. Х., м. ГТГ) и другие.
Среди перечисленных полотен художника-«сказочника» исключительный общественный резонанс вызвало полотно «Три царевны подземного царства», работа над которым началась в 1881 году. Михаил Нестеров так рассказывал об этом: «…я, как и все те, кто любил его “Преферанс”, сожалел о потере для русского искусства совершенно оригинального живописца-бытовика, а появление его “Трех царевен подземного царства” (1884 г.) с одинаковым увлечением поносили как “западники”, так и “славянофилы”. Ругал их и неистовый Стасов и горячий патриот Иван Сергеевич Аксаков в своей “Руси”. Стасов кричал: “Так и Василий Петрович Верещагин напишет”. (Василий Петрович Верещагин был малодаровитый профессор Академии художеств, писавший на темы былин и русской истории.) Злополучные “Царевны” были выставлены на одной из “Передвижных выставок”, но в Москве бывали всегда в нашем Училище живописи, и мы, ученики, на правах “хозяев”, фланировали по выставке до ее открытия и, конечно, критиковали “Царевен” беспощадно. Вот в это-то время я впервые и увидел Васнецова. На него показали мне приятели, говоря: “Вон пошел твой злодей”. По анфиладе выставочных зал, в ее “музыкантский” конец быстрыми шагами удалялась высокая фигура, похожая, как мне тогда казалось, на “масляничную козу” с мочальным цветом волос. Это и был Виктор Михайлович Васнецов, с которым в будущем мне пришлось не только работать, но и быть многие годы, несмотря на большую разницу лет, в самых близких отношениях»[206].
При обилии негативной критики, напротив, высокую оценку полотну «Три царевны подземного царства» дал один из самых строгих рецензентов Виктора Васнецова Сергей Маковский[207]:
«“Жили да были старик со старухой. У них было три сына. Младшего звали Иваном. Стали братья невест искать. Старший пошел – не нашел, середний пошел – не нашел. Пошел младший брат; дошел до заветного камня. Отвалил его, а там дыра в землю. Спустился Иванушка на ремнях под землю и увидел три царства: золотое, изумрудное и алмазное, и из каждого царства вывел по царевне…” Из всех произведений В. Васнецова, навеянных народной сказкой, эти “Три царевны подземного царства” – наиболее живописны и впечатляющи. В их неподвижности, в волшебных отливах ожерелий, в длинных складках парчовых одежд, во всей картине – красивый аккорд. Достаточно этого холста, чтобы признать в Васнецове дар сказочника, несмотря на плохую, дешевую сказочность знаменитых “Богатырей”… Не будучи колористом в высшем значении слова, Васнецов обладал наитиями декоратора-фантаста. Отсюда – его огромное влияние на современников. Это чувствуется даже в его столь неудачных иконах. Несмотря на вульгарность “общего тона”, иногда и в них пленительны декоративные сочетания. Почти ни один цвет не повторяется»[208].
Если Москва не всегда доброжелательно встречала художника-новатора, то в Абрамцеве Виктор Васнецов всегда мог рассчитывать на понимание единомышленников и доброжелательность хозяев, на их заинтересованность и его творчеством. В 1881 году художник вдохновенно написал полотно «Затишье» – полусказочное, полуреальное, пронизанное тем неповторимым ароматом седых столетий, который так тонко он умел чувствовать и передавать в своем искусстве. Выдающийся писатель Владимир Гиляровский, известный автор книги «Москва и москвичи», обращал к «Затишью» стихотворные строки:
