Для каждого художника удобная мастерская есть одна из существенных потребностей, поэтому и моим заветным желанием было, окончательно обосновавшись в Москве, устроить для себя удобную художественную мастерскую достаточной величины и с удобствами света. Получив наконец возможность после долголетних художественных трудов приступить в текущем году к осуществлению моего заветного и законного желания, я встретил препятствия со стороны строительного Управления. При недостаточности средств я не мог, к сожалению, строить каменное здание. К деревянным же зданиям, предназначенным для обыкновенных жилых помещений, Устав предъявляет требования, не соответствующие условиям удобной художественной мастерской… Дабы уединить мастерскую от влияния цветовых рефлексов почвы и ближайших отражений и имея в виду назначение помещения служить исключительно художественным целям, я считал необходимым строить такую во 2-м этаже над жилым помещением для меня и моей семьи. Все здание с фундаментом и мастерской (8 ар[шин] выс[оты]) составит 14 аршин высоты от земли до карниза, что превышает на 2 аршина установленную Строительным уставом высоту для деревянных жилых помещений обыкновенного назначения – в 12 аршин от земли до карниза. Кроме того, если площадь жилого помещения во 2-м этаже превышает 10 квадратных сажень, то Строительный устав требует, сообразно занимаемой площади, больше одной несгораемой лестницы – каменной или металлической – в отдельных стенах каждая с непосредственным выходом наружу. Моя строящаяся мастерская займет 20 кв[адратных] сажень и, следовательно, должна по статье из Устава неизбежно иметь 2 наружные несгораемые лестницы, хотя означенная величина едва достаточна для моих художественных работ, размеры которых обусловливаются моим жанром. Кроме каменной указанной лестницы верхний этаж, занимаемый только мастерской, предположено мною соединить с нижним этажом еще внутренней лестницей (деревянной … сгораемой). Из нижнего этажа имеются три выхода наружу. Строительное отделение Городской Управы согласно буквальному смыслу 9947 и 48 «Обязательных постановлений жителей г. Москвы» внутреннюю лестницу не признает законно ограждающей верхний этаж, занимаемый только мастерской, от опасности пожара и требует устроить еще 2-ую наружную несгораемую лестницу в отдельном срубе.
По необходимости я обязан подчиниться требованиям Строительного устава г. Москвы о жилых деревянных помещениях, буквально применительно к данному случаю, и должен примириться не только с тем, что не буду иметь мастерской достаточной высоты, но также принужден буду лишиться и удобств освещения, так как срубом, в котором помещается требуемая 2-я несгораемая лестница – по неизбежным условиям плана – будет прикрыта значительная часть необходимого света. Закон о земельных помещениях, требующий известного количества лестниц и предельной высоты деревянного здания, очевидно, имеет в виду помещения, предназначаемые для жильцов и квартирантов, и предъявляет свои совершенно справедливые требования в ограждении их от опасности во время пожара. Для фабрик, заводов и зданий, устраиваемых для каких-либо специальных целей, в Уставе сделаны некоторые облегчения, сообразные с условиями производства. Для художественных же мастерских в Уставе нет никаких указаний, так как при установлении закона, очевидно, и не могли быть предвидены все особенности и необходимые требования и условия, тесно связанные с производством художественных работ. Мастерская, надстраиваемая над моей квартирой, никогда и ни в каком случае не предназначается для каких-либо жильцов и квартирантов и занята будет исключительно для моей личной художественной работы, и буквальное приложение к ней постановлений Думы о жилых помещениях, требующих с одной стороны – уменьшения высоты, а с другой – 2-ой несгораемой наружной лестницы, заслоняющей столь необходимый для живописи свет и не имеющей в данном случае того практического значения, которое, очевидно, имеют в виду законы, – заставляет меня считать себя лишенным возможности осуществлять наконец мое давнишнее стремление устроить удобную художественную мастерскую в городе Москве, историческая атмосфера которой для меня необходима, как для художника русского. Зная, с каким сочувствием и теплым участием Ваше Императорское Высочество относятся к нашему Родному Искусству, я принял на себя смелость утруждать Вас обратить милостивое внимание на данный случай и Вашим высоким покровительством способствовать устройству столь необходимой для меня, как художника, мастерской. <…>
Профессор живописи
Необходимое разрешение генерал-губернатора Москвы было получено почти сразу же – 24 ноября 1893 года. Виктор Михайлович сохранил благодарную память о великом князе. 13 лет спустя Сергей Александрович трагически погиб в результате покушения на него террористами, Виктор Васнецов разработал проект его памятника, установленного в Московском кремле, но не сохранившегося до наших дней.[458]
