Кутила достигъ того, что изумилъ своимъ поведеніемъ могущественнаго двоюроднаго брата. Ни женщинъ, ни скандаловъ! Маркезита забыла уже о немъ: оскорбленная его пренебреженіемъ, она снова вернулась въ союзу съ торговцемъ свиньями, «единственнымъ человкомъ, умвшимъ обращаться съ ней».
Сеньорито казался огорченнымъ, когда съ нимъ говорили о его знаменитыхъ кутежахъ. Всему этому крышка навсегда: нельзя же быть юнцомъ всю свою жизнь. Теперь онъ мужчина, серьезный и дловой. У него въ голов есть нчто: бывшіе учителя его, — отцы іезуиты признаютъ это. Онъ ршилъ напречь вс свои усилія, чтобы добиться столь же высокаго положенія въ политик, какое двоюродный его братъ занимаетъ въ промышленности. Другіе поглупе его, управляютъ длами страны, и къ голосу ихъ прислушивается правительство тамъ, въ Мадрдд, какъ въ голосу вице-королей.
Отъ прошлой своей жизни Луисъ сохранилъ лишь дружбу съ головорзами, увеличивъ свиту свою новыми храбрецами. Онъ баловалъ ихъ и содержалъ, имя въ виду, что они будутъ служить ему союзниками въ его политеческой карьер. Кто дерзнетъ пойти противъ него при первыхъ его выборахъ въ депутаты, видя его въ столь почтенной компаніи! И чтобы развлечь свою великолпную свиту, онъ продолжалъ ужинать съ ними въ ресторанахъ и вмст пьянствовать. Это не нарушитъ уваженія къ нему. Попойка время отъ времени не поводъ къ тому, чтобы вызвать чье-либо негодованіе. Это мстный обычай, не боле того, и въ придачу это ведеть за собой извстную популярность.
И Луисъ Дюпонъ, убжденный въ значеніи своей личности, ходилъ изъ казино въ казино, ораторстауя о «соціальномъ вопрос» съ пылкой жестикуляціей, грозившей опасностью бутылкамъ и стаканамъ, разставленнымъ на столахъ.
Въ «Circulo Caballista» онъ избгалъ общества молодыхъ людей, лишь вспоминавшихъ о прошлыхъ его безумствахъ, чтобы восхищаться ими, предлагая ему новые, еще боле скандальные подвиги. Онъ искалъ разговора съ «серьезными отцами», богатыми земельными собственниками и владльцами большхъ виноградниковъ, начавшихъ слушать его съ нкоторымъ вниманіемъ, признавая, что у этого кутилы свтлая голова.
Дюпонъ длался надменнымъ, говоря краснорчиво и пылко о мстныхъ рабочихъ. Онъ повторялъ слышанное имъ отъ двоюроднаго брата и отъ монаховъ рахличныхъ орденовъ, посщавшихъ домъ Дюпона. Но онъ заходилъ дальше ихъ въ ршеиіи вопросовъ съ своимъ авторитетнымъ и зврскимъ жаромъ, очень нравившимся его слушателямъ, людямъ столь же грубымъ, какъ и богатымъ, находившимъ удовольствіе поражажь быковъ и укрощать дикихъ жеребцовъ.
Для Луиса ршеніе рабочаго вопроса казалось до нельзя простымъ. Немножечко состраданія и затмъ религіи, побольше религіи, и палка тому, кто отказываетчя повиноваться. Этимъ кладется предлъ такъ называемому «соціальному конфликту», и все пойдетъ гладко, какъ по маслу. Могутъ ли жаловаться поденщики тамъ, гд есть такіе люди, какъ его двоюродный братъ и многіе изъ присутствующихъ (здсь аудиторія длаетъ жесты одобренія и на лицахъ появляются благодарныя улыбки), сострадательные до излишества, и не могущіе видть несчастія, чтобъ тотчасъ же не взяться за кошелекъ и, дать дуросъ и даже до двухъ дуросовъ?
На это мятежники отвчаютъ, что состраданія не достаточно, и что, вопреки ему, множество людей живетъ въ нужд. Но что же могутъ сдлать хозяева, чтобы поправить непоправимое?
Всегда будуъ существовать на свт богатые и бдные, голодные и сытые, и только безумцы или преступники могутъ мечтать о равенств.
Равенство!.. Дюпонъ прибгалъ къ ироніи, приводившей въ восторгъ его аудиторію. Вс шутки, внушенныя самымъ благороднымъ изъ человческихъ стремленій его двоюродному брату Пабло и его свит изъ церковниковъ, Луисъ повторялъ съ полнйшмъ убжденіемъ, словно это былъ выводъ изъ всемірныхъ думъ. Что такое равенство?… Всякій, кому вздумается, можетъ овладтъ eго домомъ, если онъ ему нравится; зато и онъ, въ свою очередъ, похититъ сюртукъ у своего сосда, потому что онъ ему нуженъ; а тотъ наложить лапу свою на чужую жену, разъ она ему пришлась по вкусу. Безбрежное море, кабальеросы!.. He заслуживаютъ ли разстрла или рубашки для сумасшедшихъ те, которые говорятъ о равенств?
И съ смхомъ оратора сливались раскаты хохота всхъ членовъ собранія. Соціализмъ раздавленъ! Какимъ остроуміемъ и ораторскимъ талантомъ владетъ этотъ молодой чеяовкъ!..
Многіе изъ старыхъ сеньоровъ кивали головой съ покровительственнымъ видомъ, признавая, что Луиса недостаеть въ иномъ мст, и, жалко, что его слова теряются въ этой атмосфер, пропитанной табачнымъ дымомъ. Пря первомъ же случа надо будетъ исполнить его желаніе съ тмъ, чтобы вся компанія слушала бы съ парламентской трибуны эту столь остроумную и справедливую критяку.
