Мистеръ Томбъ ничего не достигъ своими недомолвками. Джоржъ Вавазоръ вынесъ изъ разговора съ нимъ положительную увѣренность, что деньги, израсходованныя имъ, прошли, такъ или иначе, черезъ руки мистера Грея. Ему дѣла не было до того, принадлежали ли эти деньги его сопернику, или же соперникъ этотъ дѣйствовалъ только въ качествѣ повѣреннаго Алисы. Въ обоихъ случаяхъ ролъ его, Вавазора, была самая пошлая. Что же касается того простого предположенія, что Алиса ничего не знала объ этомъ дѣлѣ и что ненавистный ему Джонъ Грей дѣйствовалъ по предварительному соглашенію съ его дядей, то оно ему и въ голову не приходило. Для него не подлежало никакому сомнѣнію, что Грей и Алиса въ этомъ дѣлѣ за одно; а если такъ, то что же онъ долженъ думать объ Алисѣ?
Дорогою онъ осыпалъ Алису самыми оскорбительными именами, какими только можно назвать женщину. Онъ ненавидѣлъ ее въ эту минуту даже болѣе, чѣмъ Джона Грея. Съ какою наглостью обманула она его и сестру его, Кэтъ. Или, быть можетъ, и Кэтъ была въ заговорѣ съ нею? Если такъ, то и ее не минуетъ его мщеніе. Но съ какою же цѣлью сговорились они обмануть его этими деньгами? Что касалось самыхъ денегъ, то въ этомъ отношеніи не было и тѣни подлога. Онѣ были выплачены ему въ достодолжной исправности и онъ былъ увѣренъ, что новыя ссуды не замедлятъ явиться по первому его требованью, если только онъ сдѣлаетъ видъ, что ничего не подозрѣваетъ. Или ужь и въ самомъ дѣлѣ не скрыть ли ему свое бѣшенство до поры, до времени, пока средства къ вторичному избранію будутъ у него въ рукахъ? Алиса и мистеръ Грей -- его враги; съ какой стати ему съ ними церемониться?-- Невыносима была для него мысль, что онъ обязанъ Джону Грею, но факта этого уже нельзя было измѣнить; а что выиграетъ онъ, отрѣзавъ всякую возможность дальнѣйшихъ ссудъ?
Джоржъ такъ и не успѣлъ придти ни къ какому окончательному рѣшенію. Завернувъ за уголъ Соффалькъ-Стрита, онъ наткнулся на самого Джона Грея.
-- А я шелъ къ вамъ, мистеръ Грей, остановилъ его Джоржъ.
-- Ко мнѣ? Такъ воротиться мнѣ домой?
-- Да ужь сдѣлайте одолженіе, воротитесь, отвѣчалъ Джоржъ, продолжая путь.
Обстоятельства такъ сложились, что объ особенно дружескимъ обращеніи между соперниками не могло быть и рѣчи. Тѣмъ не менѣе, мистеръ Грей, когда Джоржъ заговорилъ съ нимъ, счелъ за нужное придать своему лицу то выраженіе вѣжливости, которое говоритъ о желаніи избѣжать всякаго повода къ ссорѣ. Вавазоръ же, напротивъ, изобразилъ на своемъ лицѣ того рода вѣжливость, которая ясно показываетъ, что человѣкъ напрашивается на ссору.
-- Позвольте, ключъ у меня, проговорилъ Грей, когда они вошли въ домъ.
Взбираясь по лѣстницѣ, вмѣстѣ съ своимъ посѣтителемъ, Грей досадовалъ на себя, что впустилъ къ себѣ въ домъ своего заклятаго врага, тогда какъ онъ легко могъ избѣжать этого при встрѣчѣ съ нимъ на улицѣ. Но дѣло было уже сдѣлано и Грею ничего болѣе не оставалось, какъ покориться своей участи.
-- Не угодно ли вамъ присѣсть, мистеръ Вавазоръ, проговорилъ онъ.
-- Нѣтъ, я предпочитаю стоять, отвѣчалъ Вавазоръ.
И онъ остановился, заложивъ лѣвую руку, державшую шляпу, за спину, отставивъ правую ногу и запустивъ большой палецъ правой руки въ жилетный карманъ. Онъ пристально глядѣлъ въ лицо Грея, и Грей также пристально глядѣлъ на него. Въ эту минуту шрамъ на его лицѣ широко раскрылся и сквозь него, казалось, съизнова выступила алая кровъ.
-- Я прямо изъ конторы мистера Томба, заговорилъ Джоржъ: -- и пришелъ спросить у васъ, какого рода было ваше вмѣшательство въ мои денежныя дѣла?
Мистеръ Грей былъ не приготовленъ къ подобнаго рода вопросу и не могъ на него тотчасъ же отвѣчать.
-- Вы говорите, что пришли отъ мистера Томба? спросилъ онъ.
-- Я уже имѣлъ честь вамъ сказать, что пришелъ прямо отъ него. Если не ошибаюсь, онъ вашъ повѣренный по дѣламъ?
-- Да.
-- И я пришелъ отъ него, съ цѣлью спросить у васъ, какого рода было ваше вмѣшательство въ мои денежныя дѣла? Когда вы мнѣ отвѣтите на этотъ вопросъ, я не буду докучать вамъ дальнѣйшими вопросами.
-- Но, мистеръ Вавазоръ, подумали-ли вы, что я могу быть и нерасположенъ отвѣчать на вопросы, предлагаемые въ такомъ тонѣ?
-- Нѣтъ, я никакъ не думалъ, что вы станете отлынивать отъ прямого отвѣта. Если подобнаго вмѣшательства съ вашей стороны вовсе не было, то мнѣ ничего болѣе не останется, какъ извиниться передъ вами и уйдти. Если же оно дѣйствительно было, то я, кажется, въ правѣ требовать, чтобы вы объяснили мнѣ, въ чемъ оно заключалось.
Грей порѣшилъ съ самимъ собою, что лучше ужь сказать всю правду, безъ утаекъ,-- лучше не только для него самого, но и для всѣхъ Вавазоровъ, въ томъ числѣ и для самого сердитаго господина, стоявшаго передъ нимъ. Сердитый господинъ, видимо, кое-что уже зналъ,-- такъ пускай ужь лучше узнаетъ всю правду.
