-- Простить васъ! проговорила наконецъ лэди Гленкора. Мнѣ нечего вамъ прощать. Или вы думаете, что я и сака этого не знаю и не думаю объ этомъ денно и нощно безъ того, чтобы растравляли во мнѣ эту рану случайнымъ намекомъ? Что мнѣ вамъ прощать? Я такъ благодарна вамъ за вашу любовь. Нужно же было, чтобы кто нибудь полюбилъ меня, безъ этого я не могла бы оставаться здѣсь.
Недѣлю спустя послѣ этого разговора, однажды утромъ, Алиса сошла въ столовую къ завтраку и очутилась съ глазу на глазъ съ мистеромъ Боттомъ. Въ Мэтчингѣ существовало обыкновеніе сходиться всѣмъ къ завтраку, какъ ни попало, и уходить, не дожидаясь другъ друга. Мистеръ Ботъ остался на это утро единственнымъ представителемъ своего пола. Мужья и братья мэтчингскихъ дамъ измѣнили имъ ради охоты. Первымъ движеніемъ Алисы при встрѣчѣ съ мистеромъ Боттомъ было обратиться въ бѣгство, но она не могла удалиться изъ комнаты, не обративъ на себя слишкомъ неловкимъ образомъ его вниманіе.
-- Долго ли еще вы намѣреваетесь пробыть здѣсь, миссъ Вавазоръ? спросилъ мистеръ Ботъ, улучивъ минуту, когда она дочитала только-что полученное письмо.
-- Думаю, еще нѣсколько дней, отвѣчала Алиса.
-- Очень пріятно слышать. Самъ я остаюсь здѣсь до отъѣзда нашихъ хозяевъ къ герцогу; ужь мистеръ Паллизеръ очень упрашивалъ меня объ этомъ. Человѣкъ я, знаете ли, холостой, вольная, значитъ, птица, могу жить, гдѣ мнѣ вздумается, когда парламентскія обязанности не удерживаютъ меня въ Лондонѣ.
-- Вы, конечно, охотно остаетесь здѣсь, отвѣчала Алиса.
-- О, да, конечно! Положеніе мое, знаете ли, какъ члена парламента, обязываетъ меня дѣйствовать въ совокупности съ другими. Въ качествѣ политическаго дѣятеля я тогда только могу быть полезенъ, когда напередъ расчищу себѣ дорогу. Мы должны давать, чтобы получать обратно, миссъ Вавазоръ.
На это миссъ Вавазоръ ничего не отвѣчала, и мистеръ Ботъ продолжалъ: -- я всегда говорю моимъ политическимъ единомышленникамъ... (само собою разумѣется, я причисляю себя къ партіи крайнихъ радикаловъ).
-- Въ самомъ дѣлѣ! замѣтила Алиса.
-- Да-съ. На этомъ условіи я былъ избранъ въ парламентъ и до сихъ поръ не имѣлъ еще случая отступиться ни отъ одного изъ высказанныхъ мною политическихъ убѣжденій. И такъ, я всегда говорю тѣмъ джентльменамъ, съ которыми дѣйствую за одно, что мы никогда ничего не подѣлаемъ, если не будемъ давать, съ тѣмъ, чтобы получить обратно. Вамъ я могу откровенно сказать, что смотрю на нашего добраго знакомаго, мистера Паллизера, какъ на государственнаго человѣка, идущаго въ гору.
-- Мнѣ пріятно слышать это отъ васъ, отвѣчала несчастная жертва, вынужденная дать какой нибудь отвѣтъ.
-- Въ качествѣ крайняго радикала я не могу оказать болѣе дѣйствительной услуги своей партіи, какъ плавая въ одномъ съ нимъ челнокѣ, пока въ немъ есть мѣсто для насъ обоихъ. Онъ изъ васъ сдѣлаетъ слѣпое орудіе правительства, сказалъ мнѣ намедни одинъ мой пріятель. А я въ лицѣ его сдѣлаю перваго министра сторонникомъ манчестерской школы, отвѣчалъ я. Вѣдь я тоже, небось, знаю, что дѣлаю. Не такъ ли, миссъ Вавазоръ.
-- Вѣроятно, отвѣчала Алиса.
-- Да и мистеръ Паллизеръ тоже себѣ на умѣ, и его за носъ не проведешь. Но преудобное это правило, давать съ тѣмъ, чтобы получать обратно; въ политикѣ безъ него шагу ступить нельзя. А что за прелестная женщина ваша родственница, лэди Гленкоуреръ! Я не забылъ того, что вы мнѣ намедни сказали.
-- Не забыли? проговорила Алиса.
-- Я совершенно согласенъ съ вами, что не слѣдуетъ дозволять всякому встрѣчному слишкомъ откровенно высказываться о вещахъ, касающихся нашихъ лучшихъ друзей.
-- Еще бы!
-- Но, миссъ Вавазоръ, бываютъ обстоятельства, при которыхъ позволено нѣсколько отступить отъ обычныхъ законовъ, которыми мы руководствуемся въ нашихъ сношеніяхъ съ обществомъ.
-- Не думаю, чтобы правило это было примѣнимо къ настоящему случаю, мистеръ Ботъ.
-- Вы не думаете? Но соблаговолите, миссъ Вавазоръ, выслушать меня до конца. Нашъ общій добрый знакомый, мистеръ Паллизеръ, и я говорю это съ гордостью, удостоиваетъ вашего покорнѣйшаго слугу своего высокаго довѣрія. Знакомство наше, начавшееся съ чисто политической связи, перешло въ личную пріязнь, и отношенія эти, смѣю сказать, заключаютъ въ себѣ много пріятнаго для насъ обоихъ.
-- Что за вкусъ долженъ быть у мистера Паллизера! подумала про себя Алиса.
-- Вы, конечно, согласны со мною, что лэди Гленкоуреръ молода, можно даже сказать, очень молода.
-- Мистеръ Ботъ, я не желаю разговаривать съ вами о лэди Гленкорѣ Паллизеръ.
Слова эти Алиса проговорила рѣшительнымъ голосомъ и гнѣвно взглянула при этомъ на мистера Бота. Но послѣдняго не такъ-то легко было запугать; онъ могъ не смигнуть глазомъ и не при такихъ выходкахъ.
-- Но если я скажу вамъ, миссъ Вавазоръ, что касаюсь этого предмета, имѣя исключительно въ виду ея семейное счастье.
-- Не думаю, чтобы она желала имѣть такого опекуна надъ своимъ счастьемъ.
