И вот она вчера приехала в Сеуту. А сегодня пришла к нам на пароход. А фотографии эти она напечатает и пошлет любимому папочке, чтобы он посмотрел, как можно развлекаться в Сеуте. Причем она подробно записала на бумажке моё имя, возраст, должность, чтобы сделать памятную надпись для папы на оборотной стороне фото. Подозреваю, что эти фотографии до сих пор хранятся где-то в африканских семейных архивах. Короче – женская месть.
Я посочувствовал девушке. Говорю, мол, не переживай сильно, все родители одинаковые. Она с удивлением воскликнула: «А что, у вас тоже такое творится?». Я только махнул рукой в ответ.
Зная исламские порядки, не мог не спросить её: «А папу инфаркт не хватит, когда он увидит эти фотки?» – «Не думаю. Он еще молодой, 40 лет». – «Меня также беспокоит судьба твоего шофера. Мне кажется, он уверен, что твой папа убьет его. Это может реально случиться?». Девушка небрежно мотнула головой: «В принципе возможно. Но вряд ли. Он служит нам от папиного рождения. Да, если и убьет, не страшно. У папы людей много».
Я продолжал допрос: «Вот уж не думал, что у вас такая эмансипация в Сахаре. Мне казалось, что исламским девушкам так вести себя нельзя». – «Ты знаешь, у меня такой богатый папа, что мне всё можно». Я, честно говоря, даже не понял, кого надо тут жалеть: эту африканскую кошку или её папу.
Девчонка еще раз поблагодарила меня, пожала на прощанье руку и весело пошла к машине.
Моряки сразу стали меня расспрашивать в чем смысл этой сцены. Я нарочно ничего не стал объяснять. Пусть помучаются и пофантазируют.
В общении с американцами возникали иногда военно-морские юмористические сценки.
Как они, так и мы любили покрасоваться друг перед другом, посоревноваться в лихости и при случае продемонстрировать свою боевую мощь.
Был я свидетелем такого случая.
Случайно или нет, но получилось так, что одновременно несколько наших кораблей и несколько американских шли параллельными курсами от Сицилии к Кипру. Оба отряда построились в две кильватерные колонны и шли параллельными курсами на расстоянии 1—2 кбт друг от друга. Вся аппаратура на кораблях, естественно, работает, дальномеры зорко высматривают цели, антенны радиолокаторов крутятся, пушки расчехлены, флаги гордо развеваются на ветру. Прямо хоть картину Айвазовского с них пиши.
И тут в самый торжественный момент с верхушки мачты нашего БПК (большого противолодочного корабля) срывается и падает на палубу огромная многотонная радиолокационная антенна. Падая, она еще вращалась в воздухе, потом с глухим треском обрушилась на палубу, да так, что обломки полетели в разные стороны. К счастью, по боевой тревоге на палубе никого не было, все моряки сидели на своих боевых постах. Обошлось без жертв.
Большой противолодочный корабль «Адмирал Макаров»
Американцы быстро отреагировали. На их головном корабле взвился на мачте флажный сигнал: «Сообщите, не требуется ли вам техническая помощь?». Наши скромно ответили: «Благодарим. Помощь не требуется».
Это был позор на все Средиземное море.
Но и американцы тоже частенько попадали впросак.
Как-то повстречался нам в море американский атомный авианосец «Форрестол». На моей вахте было дело. Погода отличная, видимость исключительная. Мой вахтенный матрос Иван Романович докладывает: «Николаич, какой-то город показался на горизонте».
Американский атомный авианосец «Форрестол»
Это было западнее Крита, мы шли в Гибралтар. Какой тут может быть город посреди Средиземного моря? Беру бинокль: действительно, из-за горизонта появились какие-то строения. Я еще не понял что это такое, а Иван говорит: «Это, наверное, несколько американских кораблей идут строем».
Минут через 10—15 стало ясно, что это один корабль. Авианосец огромных размеров. А, то, что мы приняли за строения – это его палубные надстройки. Еще через некоторое время появились из-за горизонта корабли сопровождения – два фрегата.
По инструкции я должен был сблизиться на минимально возможное расстояние, все подробно рассмотреть и составить информационную радиограмму в Штаб Флота: типы кораблей, названия и бортовые номера, вооружение, количество самолетов на палубе авианосца и все остальное, что замечу.
Чтобы согласно инструкции все рассмотреть получше, я изменил курс немного вправо, так, что мы должны были разминуться в 3—4 кабельтовых.
Но американцы не желали, чтобы их рассматривали в упор. Их отряд соответственно отвернул на такой же угол влево.
Пришлось мне проявить некоторое упорство, можно сказать наглость, и еще раз подвернуть вправо, чтобы обеспечить необходимое сближение. А расстояние до них уже было около полутора миль.
Авианосец «Форрестол» вблизи оказался настолько огромным, столько самолетов на палубе стояло готовых к взлету, что при взгляде на это чудо техники мурашки бежали по спине и на душе делалось немного тоскливо.
