Все должно было как-то развиваться дальше — но, как?
Она была взрослым человеком, но, как оказалось, не настолько, чтобы расчет и предусмотрительность перевесили эту мучительную привязанность ее сердца.
Как и Сторм, она хотела свободы и ненапряженных отношений, но оба они странным образом пришли к совершенно противоположному результату…
Перешагнув установленную контрактом черту, они увлеклись друг другом как подростки — самозабвенно, до дрожи в коленках, до бессмысленных многочасовых разговоров по скайпу в ожидании встречи…
Подобные отношения в дружбу или "тихое семейное счастье" не трансформируются. Иными словами, за всем этим следовало неизбежное расставание — болезненное и драматичное.
Не обладая еще подобным житейским опытом, Марина не поняла это, а почувствовала инстинктивно. Почувствовала и до холодного пота испугалась увидеть, как однажды он поднимет на нее равнодушный, холодный взгляд… услышать, как он солжет…
Поэтому решила опередить события.
— …вообще-то так поступаете именно вы — моральные мазохисты, скрывающие под маской циничных сердцеедов свой страх быть отвергнутыми, — констатировал Майкл, к которому Алекс притащился от безысходности. — Чуть что — фьють! — и нет вас. А потом пишите в мемуарах о большом светлом чувстве, которое Она не поняла и не оценила!
Он подвинул парню хайболл с коктейлем, но Алекс лишь поморщился:
— Пиво есть?
Мишка посмотрел на него своими красиво подведенными глазками как на придурка, полез в холодильник и поставил на стол бутылку IRA — Бледного Ирландского Эля — любимый сорт Сторма.
Усевшись напротив и попивая мелкими глотками «маргариту», мулат дождался, когда гость сделает первый длинный глоток, и произнес:
— Она привезла мне целый ящик твоего пойла, прекрасно зная, что ты сюда припрешься.
И протянул Алексу салфетки, с удовлетворением наблюдая, как тот не может откашляться.
— Если бы я не знал, что причиню ей боль, я бы обязательно тебя отравил, сволочь ты крашеная. А заодно и Алана. За сводничество.
— Что ты городишь-то?! — наконец прокашлялся актер. — Блейк тебя из такого говна вытащил! Где б ты сейчас был, если бы не он?!
— Мы разве сейчас обо мне разговариваем? — совершенно спокойно откликнулся Майкл. — И вообще — ты у меня дома. Не нравится — вали!
— Прости, — быстро потух Алекс. — Мне просто хреново.
— А ко мне зачем приперся? Поностальгировать — фотки посмотреть? Не дам! У тебя потом точно крышу сорвет. Проходили.
Сторм молча кусал губы и вертел в руках бутылку.
Хозяин подошел к монитору домофона, хмыкнул и произнес:
— На улице, у кафе напротив дежурят два хорька Джиджея.
— Кто? — не понял Алекс.
— Папарацци «крошки Джареда», милый! Ты чо ваще с другой планеты? Спорим, завтра в сети будут твои фоты, и описание нашей голубой вечеринки!!
— Да, мне насрать! Послушай, Майкл… Я пришел к тебе, как к ее другу. Не выделывайся, умоляю! Не хочешь помочь — так выгони к черту, и дело с концом!
— Да чем здесь поможешь… — облик модного фотографа поблек и проявился обычный Мишка, с которым она познакомила Алекса на их первой совместной фотосессии. — Она как-нибудь объяснила свой отъезд?
Сторм отрицательно покачал головой.
— Мы провели охренительную неделю в «Баглиони»… Все было прекрасно! И вдруг она… просто исчезла!
Прищурив глаза, Михаил оценивающе разглядывал понуро сидящего перед ним парня.
— Скажи, а ты сам вообще-то, чего хочешь от Маринки?
— Ннуу…
— Ох, б…дь, прибью прям щас! — взвился Майкл. — «Жить не могу»! «Люблю»! А сам не знает, чего хочет. Так баб не возвращают!
— Хочешь научить, гейская твоя морда? — огрызнулся Алекс.
— Да придется, звезда ты наша! Видишь ли, она не просто свалила! Она уехала туда, где ее ждут одни руины и могилы, и вовсе не в переносном смысле! И сбежала она от человека любящего, любимого… насколько я понимаю. Для этого нужна какая-то весомая причина.
— Вам иногда никаких причин не нужно. Вы не мозгами думаете, — проскрипел парень.
— Кому это — «вам»? — угрожающе окрысился хозяин квартиры.
— Нну… им — женщинам, — он моргнул, опуская глаза. — Извини.
— Да, ладно, — Майкл поставил перед Алексом новую бутылку. — Только не нажрись — удавлю. — И без всякого перехода продолжил: — Так все-таки, зачем ты хочешь вернуть Машку?
— Кого?! — поднял брови Алекс. — А. Черт. Никак не привыкну, как ты ее называешь…
