– Дьявол, – суеверно пробормотал Така, незаметно скрестив за спиной пальцы. В следующую секунду с громким оглушающим, каким-то лопающимся звуком взорвался бензобак первого грузовика. Тяжёлая машина взлетела в воздух, подпрыгнула, и сразу вся оказалась объята пламенем. Чёрные клубы повалили от горящей резины. Вслед за ней взорвались и два другие грузовика, дорогу заволокло удушливым дымом. Хиги присел на корточки и закашлялся.
– Возвращайтесь, если кто-нибудь из этих вояк решит всё же идти в деревню, вы должны помешать им.
– А как же ты?
– Не переживай, Така, я и один тут отлично управлюсь! – усмехнувшись, Рино закинул винтовку на плечо и исчез в едком, чёрном дыму.
– Пойдём, Хиги!
Така и здоровяк быстрыми шагами пошли обратно к деревне, чёрный дым гнался за ними по пятам, просовывая свои хищные руки между стволами деревьев.
* * * * * * * * * *
Ранее утро, закованные в броню солдаты плотной цепью двигаются через лес, держа автоматы наизготовку. Солнце, набрав силу, осветило могучие деревья, яркие блики побежали по закрытым забралами лицам бойцов. Они пересекли овраг, и вышли к старой узкой дороге, ведущей в деревню, по которой давно уже не проезжали никакие автомобили. Ещё несколько метров и идущие в первых рядах остановились скованные невольным ужасом. Вдоль всей дороги, по обеим её сторонам были установлены толстые деревянные колья, на их острия, на высоте примерно человеческого роста, были нанизаны отрубленные головы мортов, уже почти высохшие, с ввалившимися внутрь чёрными дырами глазниц, с оскаленными в предсмертной судороге ртами. Волосы их спутались в грязные безжизненные клочья, ветер трепал их, лица были покрыты тёмными трупными пятнами. Солдаты попятились назад, тщетно офицеры пытались взбодрить их и в этот момент в том направлении, где оставались их грузовики, прогремел страшной силы взрыв и следом за ним ещё два, вспышки ярко красного пламени поднялись выше деревьев.
– Наши машины уничтожены! Мы в ловушке! – истошно закричал кто-то. Солдаты бросились бежать в разные стороны, одни побежали назад к большой дороге, где догорали их грузовики, кто-то бросился в лес, стараясь там спастись от неизвестной опасности. Прозвучал случайный выстрел и следом за ним солдаты начали беспорядочно стрелять, убивая и раня друг друга. Оба офицера были убиты на месте, своими же товарищами, и в этот момент какой-то небольшого роста молодой солдат сорвал с головы шлем и закричал изо всех сил:
– Прекратить стрельбу! Всем стоять! Я беру командование на себя! – он сбил с ног бежавшего мимо него солдата, орудуя прикладом и кулаками, ему удалось остановить паническое бегство. Около молодого парня начали собираться остальные солдаты, и в короткий срок ему удалось организовать значительную группу бойцов.
– Идём к дороге! – приказал он, взмахнул рукой и решительно пошёл вперёд. Остальные солдаты потянулись за ним. По пути к ним присоединялись отставшие и к месту пожара вышли уже около пяти десятков бойцов. К этому моменту машины уже почти догорели, чёрный дым от горящей резины тянулся вдоль по дороге, весь подлесок был почти непроницаем от едкой серой пелены. Потонувшее в дыму солнце спряталось и не освещало эту часть леса, вся дорога погрузилась в сумрак, словно наступил уже глубокий вечер.
– У кого рация? – закричал молодой солдат.
– Организуем оборону и дождёмся прихода помощи!
Но тут выяснилось, что рации были только у офицеров, а возвращаться обратно к деревне никто не хочет. Молодой парень сплюнул себе под ноги.
