– Пусть будет Диана, лишь бы человек хороший, запускай уже, – полковник махнул рукой.
Сергей включил воспроизведение текста, в правом верхнем углу экрана появилась анимированная трехмерная голова девушки, поле для текста окрасилось в черный цвет. Строки возникали на черном фоне, как будто выжигаемые огнем, и оставались тлеть, подобно углям в костре. Выглядело потрясающе, на визуализацию они убили времени не меньше, чем на саму программу, но оно того стоило. Особенно впечатлял голос. Живой, глубокий, с хрипотцой, причем нейронная сеть великолепно воспроизводила интонации и даже дыхание. То, что читал голос, настолько резко контрастировало с его ярко выраженной сексуальностью, что вызывало у слушающих смешанные чувства.
Ноябрь 1838 года от рождества Христова
Это послание составлено тремя помещиками Санкт-Петербургской губернии:
Дворянином Кутягиным Сергеем Петровичем
Графом Градским Варфоломеем Павловичем
Помещиком Мозелем Гансом Фридриховичем
Записано писарем дворянина Кутягина Сергея Петровича,
Самсоновым Иваном Васильевичем
25 ноября 1838 года.
Волею судьбы мы стали организаторами и исполнителями страшного злодеяния, с которым нам придется жить до конца дней своих.
Спаситель сказал, что нет ничего тайного, что не стало бы явным, так и сотворенное нами рано или поздно станет известно, хотя все участники событий дали клятву молчать и не передавать эту историю потомкам своим. Содеянное настолько страшно, что разгласить его никто из нас попросту не сможет, сама невозможность произошедшего, его нереальность будет держать уста наши сомкнутыми.
Места наши удалены от крупных городов и путей сообщения, появление случайных гостей маловероятно, таким образом мы могли бы прожить отведенное Богом время в полной безопасности.
Но мы считаем своим долгом рассказать о произошедшем, чтобы те, кто в будущем найдет последствия свершенного нами, смогли понять и причины, толкнувшие нас на это. Добрая память потомков является для нас несомненным утешением, поэтому просим читающего эти строки прочесть историю нашу до конца, а уже затем судить нас.
Начать следует с момента основания наших поместий.
Предки наши прибыли в эти места еще во времена Анны Иоанновны, в 1738 году, ровно за сто лет до описываемых событий. Императорским указом за заслуги перед Отечеством предков наших еще с петровских времен им были выделены земли под освоение и заселение, а также по тысяче душ каждому. Места здесь были безлюдные, богатые зверем, рыбой и с плодородною землей, к слову сказать, такими они по сей день и остаются.
Первые пять лет строились, готовили пашни, пришлось, конечно, непросто, но Бог миловал и, несмотря на тяжелые условия, смерть посещала их очень редко, земля давала хороший урожай, скотина, привезенная в несколько ездок в течение первых лет, успешно плодилась. Жизнь налаживалась, и в семействах наших предков так же подоспело пополнение.
Императрица была щедра, угодья достались большие, поля не требовали расчистки от леса, в реках водилась рыба, а на западе услаждало взор большое озеро, богатое рыбой. Из дневников предков мы знаем, какое удивление у них вызвало запустение таких богатых мест, но страна наша еще только развивалась, и даже поблизости от столицы в те времена еще оставались незаселенные земли. За прошедшие сто лет положение изменилось очень незначительно, появилось несколько небольших городков, жители которых никакого интереса к нам не испытывали. Даже в сезон охоты сюда не захаживали посторонние.
Однако на шестой год в наших краях было обнаружено целое поселение, доселе никому не известное. Ганс Фридрихович, его отец и двое старших братьев наткнулись на него.
Стоит отметить, что и сейчас мы без лишней надобности не отходим далеко от освоенных земель по причине изобилия этих краев хищным зверем. В те же времена все старались держаться ближе друг к другу, и поместья наши были построены так, чтобы всадник мог не более чем за два часа добраться из одного в другое. Ганс Фридрихович, отец его и двое старших братьев увлеклись, преследуя раненного лося, и в пылу погони оказались на большом поле. Там, недалеко от озера, они увидели село.
Удивительная находка поразила всех, во‑первых, потому, что предков наших не предупреждали о проживании людей в здешних местах, во‑вторых, за шесть лет селяне, без сомнения, должны были заметить следы появления трех поместий в своих владениях и попытаться найти общий язык с соседями, установить контакт. Но этого не произошло, селяне не давали о себе знать и, если бы не случайная находка, могли бы и далее оставаться ненайденными.
Та встреча положила начало цепочке событий, что и привела нас к катастрофе.
