Но не успела Кайра и приблизиться к дверце аппарата, как из земли прямо из-под флаера выстрелили зеленые ростки. Очень быстро побеги оплели машину со всех сторон, покрыв его зеленым куполом. Потом стебли стали коричневеть, утолщаться, сливаясь в прочное полотно. Еще через мгновение коричневый ком стал сжиматься, как развязанный воздушный шарик. Еще миг и древесный клубок вполз в землю, будто и не было. Лишь зеленая травка легко покачивалась на ветру, ничем не выдавая происшедшего.
Кайра в ошеломлении повернулась к утрраму:
– Как ты это сделал?! И что ты наделал, идиот?
Голос не слушался, скрипел, прерывался.
– Ты понимаешь, что ты натворил? Это, по-твоему, игрушки? Как я вернусь домой? Ни еды, ни медикаментов, ни … Ничего! А как же моя работа… Мои разработки… Меня ждут в Мадриде. Как я выберусь из этого кошмарного места? Я уже здесь чуть не сдохла! Верни мой флаер! Чурбан! Ненавижу! Ненавижу тебя!
Зеленые глаза Кайры подернулись пеленой злости, руки сжались в кулаки, и она бросилась на утррама. Колотила по широким плечам, твердой груди, залепила по носу, что-то кричала. Он стоял не шелохнувшись. Это терпение только разжигало гнев Кайры, в ход пошли удары ногами. А потом слезы хлынули потоком. Девушка зарыдала и обессиленно сползла на землю. Сжалась в комок. Плечи ее вздрагивали, губы что-то шептали, нос распух, а слезы все текли и текли. Теплая мужская ладонь опустилась на спину девушки, погладила. Теплые руки подняли с земли и притянули к широкой груди. Утррам баюкал ее, как малышку, и гладил по волосам, плечам, тонким рукам. «Тш-тш, маленькая, не плачь, тш-тш». Наконец девушка затихла, лишь иногда подрагивая от всхлипываний. В руках незнакомца оказалась зеленая тряпка. Он потихоньку вытер слезы с лица девушки. Кайра вырвала тряпицу и высморкалась. Гневно блеснула глазами, воинственно набрав в грудь воздух, но потом плечи ее поникли. Устало спросила:
– И что теперь? Что со мной будет?
Утррам обхватил лицо Кайры большими ладонями, долго смотрел в глаза, скользил взглядом по лбу, щекам, губам, потом легонько поцеловал кончик носа и сказал:
– Проводить домой.
– Флаер можешь вернуть?
Утррам отрицательно покачал головой.
– И? Идти пешком? Ты в своем уме? Исходя из времени полета с учетом скорости движения флаера, до моей агломерации 1376 км, а до Мадридской – 2025. Пешком этот путь займет месяца два, не меньше. Если только не съедят по дороге дикие звери.
В желтых глазах утррама промелькнули смешинки. Но потом вновь стали серьезными. Он будто решился на что-то:
– Рей отведет. В место силы. Перенести.
– Какое еще место силы? Кто такой Рей?
Утррам постучал ладонью по своей груди, отвесил дурашливый поклон:
– Карел Рейбах. Друзья звать Рей. Хочешь – так говори тоже.
– Ты хочешь сказать, что сам меня отведешь в какое-то место, из которого я смогу перенестись домой, обеспечишь безопасность и отпустишь? – уточнила Кайра.
Тот кивнул, подавив тягостный вздох:
– Не могу принуждать.
– Что это за место? Там какой-то древний вокзал? Порт? У вас есть техника? Может быть, портал? – Кайра готова была предположить что угодно.
Но Карел Рейбах, как назвало себя это существо, лишь пожал плечами и промолчал. Кайре ничего не оставалось, как довериться этому полуживотному-полуволшебнику. Впрочем, его желтые глаза не казались безумными, а агрессию проявила как раз она, а не он.
– Кстати, я Кайра. Кайра Громова. Неприятно познакомиться.
Карел Рейбах снова промолчал.
***
Они шли уже несколько часов. Солнце припекало, но термокомбинезон отлично регулировал температуру – было не жарко и не холодно.
Исследовательских интерес захватил Кайру. Фотографическая память привычно подсовывала новую информацию: «Татры славились широким разнообразием растений. В них обитало более 1 000 видов сосудистых растений, около 450 мхов, 700 лишайников, 900 грибов и 70 видов плесени». Идентифицировать и обнаруживать каждый вид представителя флоры данного ареала представлялось нецелесообразным, поэтому она сосредоточилась на одном виде мха – растущем прямо под ногами.
В ярко-зеленой мшаной подушке ступни, затянутые в термоткань, утопали, как в медицинском геле. Кайра присела и прикоснулась к мху рукой. Кончики растения слегка кололи, будто сопротивляясь вторжению. Кайра усилила нажим, и вот уже тонкие пальцы скрылись в зеленой массе. Мох, чуть сырой внутри, казался упругим. Густой аромат хлынул в ноздри. Девушка отметила легкое головокружение. Решившись, она улеглась на мох, распластавшись на нем спиной, как на ортопедическом матрасе. Перед глазами встало небо, высокое и невероятно голубое. По нему медленно проплывали белые облака.
Сбоку моховая перина прогнулась: утррам прилег рядом. Они долго лежали и любовались облаками. Кайре было странно никуда не спешить, не заниматься рутинными действиями, не следовать ежедневному регламенту. Кайре казалось, что земля кружится под ее спиной. Или это голова кружится? Даже сыроватый запах мха и диких трав перестал раздражать.
Кайра перевернулась на живот и заглянула в лицо утрраму:
– Эй, ты чего улыбаешься?
