– Похоже, гляди, гляди, Федя, как они с ними! – произнёс, встав рядом с Цыганом, Вучевич. – Крутят, вертят чего-то, а из рожка, похоже, порох подсыпают и потом опять палят. Небось, выстрелов пять, ну четыре уж точно в минуту делают!
– Далеко пока, – передвигая хомутик на прицельной планке, проворчал Макарович. – Али у меня уже глаз не такой зоркий. – И, крутанув ворот, сыпанул в открывшееся отверстие казённика порцию пороха. Следом за ним скользнула продолговатая остроконечная пуля, и он вновь крутанул ворот, только уже в обратную сторону, поднимая затворный винт. – Ага, густо идут, не промажешь. – И, отжав курок, ветеран прицелился.
Следом за новыми винтовками забили и штуцера.
В колонне французов то в одном, то в другом месте вскрикивали и падали на землю солдаты. До противника на противоположном берегу было не менее трёх сотен туазов[30], а бригада на марше уже несла потери. Передовая рота наконец-то достигла моста и, зайдя на него, ускорила шаг.
– Внимание! Стрелки с винтовальным стволом бьют по войскам на противоположному берегу! – крикнул Егоров. – У кого фузеи, ждут команду к стрельбе!
Плотная масса французов прошла первую треть моста, и он выхватил саблю из ножен.
– Егеря, це-елься! Залпо-ом!
Взмах клинка.
– Огонь!
Две сотни ружейных стволов выпустили пули, выбивая основную часть передовой роты неприятеля. Дюжина секунд на перезарядку – и Алексей опять поднял саблю.
– Целься! Залпо-ом!
Взмах клинка.
– Огонь!
Ещё дюжина секунд – и опять громыхнул залп. После четвёртого, перескакивая через нагромождение тел, оставшиеся в живых солдаты из зашедших на мост французских рот побежали обратно на свой берег, а вслед им всё летели остроконечные пули.
– Прекратить стрельбу! – скомандовал Алексей. – Осмотреть и обиходить оружие!
Прошло немного времени, и французы сделали новую попытку перейти реку по мосту. Опять гремели залпы, и, не выдержав плотного огня, они снова отступили. Вскоре из города начали подтягиваться на берег реки стрелковые роты, их штуцерники тут же присоединились к ведущим огонь товарищам, те же, кто был с фузеями, принялись строить простейшие укрепления из подручных материалов.
– Эх, были бы у нас понтоны, переправились бы на тот берег. – Хлебников кивнул в сторону реки. – А ещё и по мосту бы частью перебежали, глядишь, и отогнали бы французов, а там, если бы полк Багратиона поддержал, можно и к Бривио выходить.
– Сил мало, Слава, – возразил, вглядываясь в окуляр подзорной трубы, Егоров. – Там целая дивизия Серюрье стоит. Навалятся всей массой французы, окружат или к реке прижмут и переколют всех. Ещё и нашей армии по открытому участку потом в тыл зайдут, вот будет тогда дело. Стоим пока тут. Ох ты, а вот это уже плохо! – произнёс он встревоженно. – Похоже, французы пушки подтягивают. Нужно не дать им вести прицельный огонь. Для картечи тут далековато, а вот ядрами да на прямой наводке много беды могут наделать. Внимание, всем у кого винтовальные стволы! – крикнул он, оглядывая занятый егерями берег. – Сюда подходит неприятельская артиллерия, весь огонь вести только по ней!
Потеряв несколько запряжённых в передки лошадей от дальнего огня, французские артиллеристы развернули в сторону неприятеля жерла орудий и повели издали навесной огонь. Для возвышенного восточного берега это было не критично, ядра в основном били в склон или пролетали выше над стрелковыми порядками. За час такой стрельбы погибло только лишь трое егерей, пятеро получили ранения. Расчёты же французов были выбиты из винтовок наполовину и под конец вообще прекратили стрельбу. Всё складывалось довольно неплохо, и тут со стороны города вдруг донеслись звуки ружейной пальбы.
– Воронцов, взвод к городу! – скомандовал генерал. – Выясните, что там за стрельба!
Между тем грохот боя в городе всё усиливался, а вот подскакали обратно и посланные конные егеря.
– Ваше превосходительство, с севера, вдоль берега озера, наступают французы! – доложился унтер-офицер. – Егеря из шестого полка отступили в город, но их и оттуда сейчас теснят.
– Майор Дементьев, забираете свой второй батальон, поддержите войска генерала Багратиона в Лекко! – отдал распоряжение Алексей. – Первый батальон, растягиваем порядки!
Французы на западном берегу Адды снова зашевелились, опять открыла огонь артиллерийская батарея, а на мост ринулась пехотная колонна. На более пологом берегу выстроилось несколько сотен в цепь, которые начали палить в сторону русских. Эффект от этих выстрелов был скорее психологическим, пули гудели над головами у егерей или, ослабленные, били в рукотворные укрепления. Страшнее были тут ядра, одно из них ударило в перевёрнутую повозку и, расколов её, покалечило сразу троих стрелков.
– Винтовальные стволы бьют строго по артиллерийской прислуге! – напомнил Егоров. – Остальные стреляют по колонне на мосту! Це-елься! – крикнул он, заметив, что первые французы уже забираются на груду тел. – Залпо-ом пли-и!
