…В космолёте Питер Эймс ещё раз взглянул на Энн. Она продолжала радоваться заданию, полученному от никслян. Энн счастливо улыбалась.
– Мы ведь с тобой теперь – никсляне, правда, Питер?
– Конечно, Энни, мы с тобой – настоящие никсляне, – ответил он преувеличенно бодрым голосом. При этом Питер подумал: «Не может быть, чтобы Индер нас не подслушивал. Но, к счастью, я всё равно не стал никслянином… я ведь не радуюсь так же, как радуется Энн… Мысли мои не изменились. Я думаю как землянин, а не как чёртов никслянин! Значит, этот их газ «патриотин», к счастью, оказался всё же слабоват для меня. Но вдруг он подействует чуть позже??? В этом случае моё сознание изменится, со мной произойдёт то же, что и с Энн!»
Медлить было нельзя. И он принял своё единственное решение…
Питер Эймс нашел на пульте управления кнопку с надписью «Вертикальный штопор. Использовать в исключительном случае», нажал на неё – и через секунду не стало ни космолета, ни Питера, ни Энн.
Только яркая вспышка, словно салют мужеству и отчаянию землянина Питера Эймса, озарила всё вокруг.
Аркадий Стругацкий об инопланетных цивилизациях:
«Что мы знаем об этих цивилизациях вообще? Не могу рекомендовать ни себе, ни человечеству ориентироваться на существование инопланетных разумных существ. Можем, конечно, вообразить, что контакт всё же состоялся. Хорошо… но что это за контакт?
Прежде всего, это будет контакт со сверхцивилизацией. Можем ли мы сказать себе с чистой совестью, что надо одобрить, рекомендовать такие действия – протянуть руку этой вот клешне, или – щупальцу, или чем там это у него называется? Моё убеждение, – что ничего подобного делать нельзя. Прежде всего, мне представляется, что сам факт подобной высадки, сам факт открытого появления инопланетян среди нас, на Земле, вызвал бы гигантскую волну религиозного фанатизма, с удивительным падением чувства социальной дисциплины, с падением чувства ответственности перед своими словами и т. д., и т. д. Конечно, эта цивилизация охотно поделилась бы с нами своими секретами. Мы бы получили готовые ответы не только на те вопросы, которые мы сейчас себе задаём, но даже и на те вопросы, которые мы зададим себе еще когда-то, неведомо когда.
Если бы я решал такой вопрос, вступать нам в контакт с представителями других цивилизаций, или не вступать, я бы предложил такой выход: давайте, товарищи, садитесь обратно в свою тарелку – и летите, летите обратно, на тысячу парсеков. А договоримся так: прилетайте, товарищи, через 1000 лет! Только не на Землю, конечно, а прилетайте на далекую планету Плутон. Вот там встретимся! Если не встретим мы вас – улетайте! И опять прилетайте через двести лет. А там видно будет.
Вот так я отношусь к этой, в высшей степени проблематичной, встрече с представителями цивилизаций далёких миров, к маловероятной проблеме посещений Земли этими самыми представителями цивилизаций далёких миров. Другой вопрос – это если бы нам удалось установить сейчас в точности, не вступая ни в какие контакты, – что мы не одиноки во Вселенной! Это, конечно, имело бы громадное значение для всего человечества – и философское, и моральное, и этическое, и научное»[4].
Шел XXIII век, стояла осень – самое удачное время для космической разведки, потому что земля в тумане, в облаках и дождях, – есть надежда проскочить незамеченными в космическое пространство. Ведь Космос – это не только дружественный мир, но и очень опасная среда. Здесь, в Космосе, есть планеты, вошедшие в Альянс Дружбы и Взаимной Помощи (Альянс ДИВП), но есть и планеты-разбойники. Некоторые из этих разбойничьих планет предпочли жить автономно и пиратствовать в Космосе поодиночке (Одинокие Планеты, ОП), а некоторые объединились в Мафиозные Сообщества (МС).
Земля входила в Альянс Дружбы и Взаимопомощи (ДИВП), но опасные встречи и столкновения с мафиозными сообществами предусмотреть было невозможно. Ибо Космос не имеет границ, а количество космических обитателей беспредельно.
Как и в XXI, и в XXII веках, перед землянами теперь нарастали серьезные проблемы: нехватка чистого воздуха, похолодание и недостаток чистой воды. К этому надо добавить наступление пустынь на плодородные земли. А в результате всего этого возникла проблема дефицита питания.
К счастью, ученые создали искусственный вид еды: натуральные продукты заменили синтетическими таблетками. Особо стильные земные женщины, любившие старину, подавали эти разноцветные таблетки гостям на изящных старинных тарелках. Увы, такая еда была безвкусной, и одни только красивые тарелки могли создать хоть какое-то настроение удовольствия от принятия скучной таблеточной пищи. Но большинство людей XXIII века всегда куда-то торопились и глотали эти таблетки прямо из упаковок, минуя тарелки.