Сначала он прибыл в свою новую резиденцию, Кесарию. Этот город был построен еще царем Иродом Великим по римскому образцу и подобию, чтобы принимать там посланцев Рима. Здесь он, Гессий Флор, новый римский прокуратор, остановится только на один день.
Потом путь его лежал в Иерусалим, столицу иудейской провинции.
Он получил эту очень хлебную должность прокуратора благодаря хлопотам своей жены Клеопатры. У Клеопатры были весомые связи в верхах римской знати, как благодаря ее рождению, так и благодаря дружбе с Поппеей Сабиной, любимой женой императора Нерона. Недруги толковали об испорченности Клеопатры. Но это – чистая зависть. О какой испорченности может идти речь, если именно испорченность обеспечила ему, её мужу прекрасную карьеру? Вот теперь он, Гессий Флор, грек по рождению, принадлежащий к сословию римских всадников, поднялся, благодаря хлопотам своей жены, еще на одну ступеньку: он теперь – прокуратор римской провинции. Это очень хлебное место.
Но все равно – разве прокураторство – это его удел?! Он, Гессий Флор, – будет управлять всего лишь двумя злосчастными провинциями, Иудеей и Самарией? На окраине Империи! Какая-то маленькая Иудея! Он слышал от многих, побывавших здесь, что эта пустынная окраина Рима всегда недовольна и всегда готова взбунтоваться.
Всего лишь небольшая, но самая непокорная римская провинция. Его также предупреждали о высокомерии Иудейского Первосвященника, которого здесь называли Великим и даже – Мессией. Однако он справится с этим народом и с их «Мессией»! Ведь он всегда гордился своей жестокостью.
Флор постоянно любовался собой: ему нравился его мужественный и неприступный вид, суровая мина на лице, чисто римская повелительность во взоре и в жестах. Он умел красиво, а порой устрашающе запахивать тогу. К тому же он мог говорить властным тоном, а это, по мнению римлян, было даром богов и свидетельством высокого предназначения. Он любил умащивать волосы римскими благовониями, ибо этот запах всегда сообщал ему победное, царственное настроение Сам император Нерон ценил Гессия Флора, раз сделал его прокуратором. В резиденции римских прокураторов в Кесарии можно было чувствовать себя, как в маленьком Риме. В Кесарии такие же термы, бани, фонтаны, театр, где можно устраивать и соревнования в беге колесниц, и даже – бои с гладиаторами.
Обычно римские прокураторы жили здесь, в Кесарии, и покидали город только на некоторое время, когда их присутствие было необходимо в Иерусалиме. Чаще всего, прокуратор прибывал в Иерусалим во время праздников, чтобы обеспечивать порядок в этой столице, кипевшей страстями. Ведь на праздники в Иерусалим стекался народ из всех уголков, сюда прибывали люди разных верований, сообществ и пристрастий. Столкновения их между собой были неизбежны, поэтому следовало заранее укрепить город войском.
Кроме того, во время своих посещений, прокуратор должен был общаться с первосвященниками, он был главным судьей во всех спорах. Ну, а если уж прокуратору не удавалось решить какие-нибудь вопросы, тогда управляемая провинция или сам прокуратор, обращались к помощи сирийского наместника, облеченного более обширными полномочиями. Этим сирийским наместником сейчас был Цестий Галл, и Флор пока не знал, как сложатся их отношения.
Но он сам хотел как можно скорее стать сирийским наместником, Это звание давало бы ему больше возможностей двигаться как можно быстрее и выше по хлебным должностям.
И все же: что такое эта крошечная маленькая Иудея, чем эти иудеи так гордятся? Да они всего лишь мост для объединения восточных провинций, вассалов всесильного Рима!
И зачем только этот странный, вечно волнующийся народ одурманен каким-то своим глупым законом? В Риме говорили, что эти иудеи притворно и лукаво делают вид, будто подчинились Риму, а на самом деле чтут своего непонятного и невидимого Бога. Если бы они действительно подчинились Риму, то приняли бы и римских богов. Их иудейский бог, видите ли, невидим, его изображения, оказывается, не существует!
Как это не существует? В Риме каждая семья имеет обычно двух пенатов, это боги-хранители, покровители домашнего очага, они берегут дом и запасы продовольствия. Их изображения ставят возле очага. А вообще есть еще и государственные пенаты, они охраняют весь римский народ, в их честь построен храм богини Весты.
Со своими богами римляне дружат, обращаются ласково, но без лишней фамильярности и могут попросить у них что угодно. Например, помочь в борьбе с врагом или приобрести стеклянные бокалы (стекло тогда ценилось в Риме дороже золота). Но ведь для того, чтобы просить богов о чем-то, надо для начала – хотя бы видеть их перед собой. Ну, если не их самих, то хотя бы их домашние изображения, – скульптуры богов. С ними можно разговаривать дома и просить их о чем угодно.
А как красиво в храме Весты! Как благородны беспорочные весталки!