Услышав об этих планах, Наташа только головой покачала – по ее мнению, обитать в Диминой квартире вдвоем было физически невозможно. В процессе развода Димина бывшая супруга показала себя женщиной весьма практичной и, несмотря на то что уезжала из города, настояла на размене недавно купленной квартиры. В результате экс-жена обзавелась неплохой прибавкой к бюджету в виде платы за сдаваемую в аренду весьма приличную двушку, а Диме досталась скромная однушка, пусть в неплохом районе и недалеко от метро, но крошечная и к тому же расположенная в панельной девятиэтажке. Побывав там впервые, Наташа тут же мысленно окрестила ее холостяцкой берлогой – настолько его жилье показалось ей бестолковым и неустроенным. Она сразу кинулась наводить порядок, но постоянно натыкалась на отсутствие самого необходимого, вроде точилки для ножей или средства для мытья раковины. А Дима только легкомысленно отмахивался: «Да не нужно мне это! И так сойдет». Пришлось закупить все необходимое самой, после чего Наташа приложила все усилия, чтобы навести хоть какое-то подобие порядка. Со временем, когда все вещи обрели свое место, квартира сделалась чище и уютнее, но больше в размерах, разумеется, не стала, и жить в ней вдвоем было бы так же неудобно, как и до Наташиного появления.
Когда она изложила Диме свою идею, тот заметно обрадовался, но немедленно согласиться не поспешил. Задумался и даже заколебался.
– Я был бы страшно рад, если бы мы жили вместе, но мне совершенно не хочется тебя еще больше обременять. И так ты тратишь на меня столько сил, не говоря уж о времени. И потом – я уже привык жить один. Быт у меня в целом налажен, я даже иногда готовлю дома…
– Видела я этот налаженный быт, – усмехнулась Наташа. – А твои кулинарные навыки меня особенно впечатляют. Во вскрытии упаковок с мясной нарезкой, к примеру, тебе просто нет равных!
– Конечно, где уж мне до тебя! – засмеялся он в ответ. – Да и не только мне… Знаешь, давай так: пока батя будет в Питере, я поживу у тебя. Ну а дальше… Дальше посмотрим.
Так и вышло. Пока Димин отец выписывался из больницы и восстанавливался в санатории, Наташа готовилась к переезду Димы и постоянно ловила себя на том, что сильно волнуется. Как будто после того, как в бывшем шкафу Алексея появятся Димины вещи, у нее начнется другая жизнь. Хотя… ведь, собственно, так и есть. Жизнь действительно станет другой. Ждать его домой каждый вечер, а не два-три раза в неделю, просыпаться утром и слышать, как в ванной шумит вода, готовить завтрак, провожать на работу – это будет и знакомо, и совершенно по-новому. Она уже давно поняла: между Димой и Алексеем нет ничего общего. И дело тут не в разнице в возрасте – даже в молодости ее бывший муж ничем на Диму не походил. Живость характера, легкость в общении с самыми разными людьми, доброжелательность и симпатия к людям, что называется, «по умолчанию» – ничего подобного у Алексея не было и в помине. Нет, он не был ни злым, ни подозрительным, ни угрюмым, но закрытым и молчаливым – был. Во всяком случае, с ней, с Наташей. Ведет ли он себя по-другому с Ариной – кто знает…
После того как все связанные с Диминым переездом хлопоты остались наконец позади и жизнь вошла в более-менее привычное русло, Наташа поняла, до чего же правильно поступила. Пока Дима бывал у нее лишь в качестве гостя, она не разрешала себе рассматривать их отношения как что-то постоянное, прочное. Но теперь, засыпая каждый вечер в его объятиях, в собственном доме, где все было родным и знакомым до мельчайших деталей, проводя вместе все выходные и вечера, она чувствовала, как снова нащупывает выскользнувшую было из-под ног привычную почву. Вернулись спокойствие и уверенность в своих силах, а вслед за ними – легкость характера, веселье и непринужденность в отношении к жизни. Она словно бы помолодела на несколько лет, и это пошло на пользу не только ее отношениям с Димой, но и восприятию самой себя и общению с другими людьми.
