— Опять всё испортила… — она шмыгнула носом. — Сколько бы ни училась, ничего не выходит. Погонит меня княжич, вот увидишь, погонит. Да тут ещё и эта нарисовалась… Лилия. Ты глазищи её видела?
— Ты это, давай-ка мне тут сопли не разводи.
— Да ничего я не развожу, — она снова шмыгнула.
— А то я не вижу. Соберись, поняла? Княгини-то больше нет, ему всё одному тянуть нужно. А тут всё новое, непривычное, и люди новые все. Только ты да я, да Осип вон ещё, у него и осталися. На нас ему только и можно положиться.
— Положиться, положиться… — вздохнула Полина. — Достал он себе помощницу, на неё и будет ложиться.
— Кто о чём, а вшивый — о бане… И что та помощница? — Варвара уперла руки в бока. — Чем лучше тебя-то? Я погляжу, местами-то и не чета тебе. И знакомы вы дольше, чай с детства обхаживаешь княжича. Пора тебе, Полька, брать дело в свои руки, пока кто другой не взял.
— Вот чего ты, Варя, снова пристала, как банный лист? — вылив остатки, Поля обиженно звякнула кастрюлей. — Сама же говорила, не лезть к нему.
— Лезь-не лезь, да учти, ежели какая княжна под него подляжет, боюсь совсем худо будет. Княжич-то наш не дурак совсем, голова у него на плечах светлая, да только знатные дочки ох как хорошо умеют мужиками-то крутить…
Она многозначительно глянула на Полю. Та вытерла щёки и шмыгнула носом.
— Угу.
— И одиноко княжичу сейчас. Тоскливо, — покивала Варя. — Друг ему нужен. Подруга лучше, чтоб и выслушать, и приласкать могла.
Она пихнула девушку локтем.
— Ты давай-ка слёзы утри да застели княжичу постель. Дела делами, а отдохнуть ему надо. А я пока с ним поговорю.
Наконец, зверский голод утих под напором Вариной стряпни. Я бросил взгляд на сонную Лили: кодекс умудрилась в одиночку выдуть почти полный графин коньяка.
— Хозяин, нам нужно вернуться к тренировкам, — заявила она, цепляя очередной груздь из салатницы. — Чем быстрее, тем лучше. Найди место, где сможешь творить магию. А ещё лучше, если отыщешь альва-прорыв с монстрами, ух мы там оторвёмся…
— Княжич, уже закончили? — в обеденную вплыла Варвара.
— Варь, распорядись, чтобы Лилии подготовили комнату, и отведи её спать, — велел я. — А, и одежду бы ей найти какую, а то мы налегке приехали. Справишься?
— А чего ж не справиться, — она с улыбкой помогла кодексу подняться и подставила плечо. — Вон Полькины вещи ей прям впору будут, ну разве что в груди просторнее, но это я к утру подошью.
— Ты что ж намекаешь, у меня грудь меньше, чем у той служанки? — встрепенулась Лили.
— Сделай как надо, Варя, я пойду пока поработаю. Лилия права, пока меня не было, дел накопилось дополна. Плюс разобраться бы ещё, что нам Ольга оставила.
— Вы, Ярослав Андреич, лучше завтра на свежую голову разберитесь, — подсказала Варя. — А пока может в баньку? Боров-то этот такую баню отгрохал, загляденье! Попаритесь после всех передряг, выспитесь, а там и за дела, м?
— А звучит неплохо, — хмыкнул я. — Баня, значит. Вели растопить и напарить как следует.
— Так уже велела. Осип вон уже разогрел, с вениками, всё как положено. Вы ступайте, а я провожу гостью.
Я вышел из особняка и прогулялся по небольшому саду до большой бревенчатой бани. Осипа внутри уже не было, зато печка, прогревшая весь здоровенный сруб, весело потрескивала дровами. Подкинув немного, я осмотрел новую собственность.
— Да-а… Балашов умел строить… — присвистнул я.
Просторная, человек на восемь, мойка источала ароматы дерева и мыла. Всё, как положено: чаны с водой, громадный бак, шайки, щетки, веники, мыла… были даже две душевые кабинки! Скинув одежду, я прошел в парилку и улёгся на полок.
Плеснув немного воды на раскалённые камни, я вдохнул ароматный пар и вытянулся. От жара было больно вдыхать, колени быстро начало печь, но черт возьми, как же мне этого не хватало! Утомлённое тело нуждалось в отдыхе.
Я лениво посмотрел на висящие на стене веники. Дубовый, березовый, ольховый — ассортимент на все случаи жизни! Для полного счастья попариться бы, но звать помощников было уже неохота.
Разогревшись, я вышел в мойку и обдал себя холодной водой, а сразу после — горячей. Боже, какой же кайф! Вот правы были предки, когда придумали русские баньки! Зуб даю, зимой здесь ещё роскошнее!
Снаружи скрипнула дверь и послышались тихие шаги. Я усмехнулся.
Неужто Лиливайсс решила опробовать и баньку тоже? Лучше бы, конечно, это был Осип — чтоб парить веником, нужна какая-никакая сила, а мои ноющие мышцы буквально требовали хорошего веника.
Я приоткрыл дверь в парную, впуская немного жара, как дверь снова скрипнула.
— Сударь, можно к вам? Вы наверняка устали, а я п-помогу вам помыться.
Я оглянулся: на пороге стояла моя рыженькая служанка. Её щёки пылали от прилившей крови. Одной рукой она придерживала облепившее фигурку белое полотенце, во второй — держала широкую банную щётку. И, судя по проступавшим через ткань горошинкам сосков, кроме полотенца на ней ничего не было.
— Полина, — улыбнулся я. — Входи.
