Поля старательно водила по моей спине губкой, нет-нет да касаясь разгоряченной кожи мягкими пальчиками. Сквозь треск печи и шелест мыльной пены я слышал, как колотится её сердечко.
Волнуется. Обернись я сейчас, она и не заметит — так и будет, закусив губу, тереть мне спину и пытаться успокоиться. Но блин… хочу видеть её лицо. Как она смущается и краснеет, пряча глаза. Ощущать тонкий аромат её волос и кожи сквозь запахи мыла и дерева, витающие вокруг.
Я медленно выдохнул, успокаивая разошедшееся сердце. Терпение, Яр. Пусть девочка успокоится немножко.
— Сударь… — ушей коснулся её робкий голос. Я буквально ощутил, какое усилие над собой сделала Поля, чтобы заговорить.
— М?
— Та девушка, которая приехала с вами, Лилия… она ведь не помощница, да?
Я вздохнул. Конечно, она помнила трансформацию Лили. Забудешь такое…
— Поля, это большой секрет, и сказать я могу его только человеку, которому безоговорочно доверяю. Это касается имперской безопасности. Ты ведь сохранишь мою тайну?
Её руки замерли, прижавшись к моей спине. Сквозь ладони я почувствовал биение её сердца.
— К-конечно!
— Она — мой кодекс. Как у отца. Астральное существо, призванное сражаться на моей стороне.
Её руки медленно скользнули по моим бокам и пошли вниз.
— А вы с ней, ну… близки? — осторожно произнесла она. — Той ночью я видела, как вы поцеловались, и…
Я обернулся к ней. Поля смущённо смотрела вниз, стиснув губку. Сбившееся полотенце держалось на честном слове, дунуть — и оно спадёт само, открывая девичью наготу.
— Так кодекс заключает контракт, — негромко пояснил я. — Ей нужна кровь хозяина. Она мне вообще-то губу прокусила.
— Правда?
— Угу, — я легонько взъерошил её рыжую шевелюру. — Кроме того, есть строгий запрет — кодексы и хозяева не могут иметь никаких отношений. А ты что же, ревнуешь?
— Н-ну не то чтобы, я же просто служанка, — она дёрнула плечиком, но щёки её порозовели. Полотенце колыхнулось, на миг приоткрыв упругое полукружье её груди.
— Не просто, Поля, — я коснулся её руки. — Мы знаем друг друга с детства. Ты мой особенный, драгоценный человек.
Она подняла голову и улыбнулась. Клянусь всем, каждый парень мечтал бы хоть раз увидеть такую улыбку. С искорками в уголках глаз и выражением неподдельной радости.
— Вы тоже, княжич!
— Ярослав, — я прижал палец к её губам. — Хочу, чтобы ты звала меня по имени.
— Хорошо, — шёпотом выдохнула она, прихватывая губами мой палец. — Ярослав…
Я сглотнул. Её затуманенный взгляд скользнул по мне и пошёл ниже. Облизнув губы, Поля снова взялась за щётку, хорошенько её намылила и прошептала.
— И всё же, как служанка, я должна сделать свою работу.
Её голос безумно заводил. Тонкие гибкие пальчики, покрытые мыльной пеной, окутали мои плечи и скользнули ниже. Вдоль спины и по бокам, они сомкнулись и снова пошли вверх. Она тихо сглотнула, раздался шорох сброшенного полотенца — и к моей мыльной спине прильнуло разгоряченное девичье тело.
Совершенно нагое.
Моё сердце припустило как скаковая лошадь. Спиной я ощущал её всю, и упругие холмики грудей с твёрдыми сосками, и бешено стучащее сердечко, и гладкий живот. Поля обняла меня сзади, её гибкие руки оплели мою грудь и сомкнулись. Шумно вдохнув, она мягко заскользила вверх — и вниз.
Господи. В голове будто альва-прорыв случился, да такой силы, что все мысли выбросило куда-то в стратосферу. Над ухом звучало прерывистое дыхание Поли, она оперлась на меня, не в силах больше скрывать дрожь своего тела. Её гладкая кожа скользила по мне, с каждым мгновением разливая по телу волны тепла. Приятная дрожь электрическими разрядами расходилась по мне, сводя пальцы в сладостном ожидании.
Я накрыл её ладошки своими, обернулся — и прильнул к её губам поцелуем.
Малышка вздрогнула, словно птичка. За первым поцелуем последовал второй, и ещё один… Я невольно улыбнулся: чувствовалось, робкая девчонка никогда раньше не целовалась. Ничего, Поленька, я всему тебя научу.
Дав ей немножко привыкнуть, я развернулся и приобнял девушку. Сквозь тонкую пену угадывались изгибы её тела, очаровательная ложбинка пупка, ямочка между ключицами и крепкая грудь. Я мягко обнял её и проник между её губ, касаясь язычка.
Вздрогнув, Поля подалась навстречу с тихим стоном, её пальцы заскребли по моей спине. Позволив нам вдоволь насладиться глубокими поцелуями, я оторвался от неё и провел пальцами по мягкой девичьей щеке. Поля открыла глаза.
— Простите, княжич, — прошептала она, краснея до корней волос. — Я не знаю, как дальше…
— Я научу тебя.
Минута — и теплые струи воды смыли с нас мыльную пену. Подхватив мою нагую красавицу на руки, я вынес её в небольшую комнатку отдыха и уложил на широкий диван. Похоже, Балашов и на этот случай подготовился… что ж, не дадим пропасть добру.
— Ярослав…
Прикрывшись голенький лобок ладошкой, она улыбнулась.
Я пожирал взглядом ее тело. Сведенные вместе ножки, эротичные бугорки под талией, изогнувшееся мне навстречу тело, призывно манящие груди с яркими вишенками возбужденных сосков. Каждый изгиб, холмик и впадинка манили меня. Поля тяжело дышала, предвкушая следующий шаг.
