— Не смей врать, — предупредил он, поднимая руку. — Где сыворотка?
— Я… — Карина запнулась и, призвав всю свою волю, чтобы не показывать страх, произнесла. — Я ещё не закончила. Формула почти готова, но нужно завершить…
— В последний раз, Карина.
Император навис над ней как скала, заставляя сжаться под его взглядом. В этот миг она ощутила, сколь же велика была пропасть в силе между ними. Нужно быть действительно безумной, чтобы тягаться с ним за трон.
— Твой отец умер, потому что был глуп и соврал мне. Ты умнее его. Не повторяй его ошибок и скажи правду.
Его аура альвы горячим ветром обдавала её.
— Я клянусь, дядя… — пролепетала она. — Дай ещё неделю…
Ладонь императора сжалась. Карина тут же свалилась на землю под напором неистовой энергии. Гравитационная волна заставила её распластаться по полу, вжимая в плиты так, что она даже не могла вдохнуть.
Воздух вышел из легких с болезненным хрипом, из глаз брызнули слёзы.
— Лживая сука, ты думала, я не слежу? — сквозь гул и собственный хрип она расслышала голос Императора. — Мои люди везде! Ты даже не думала делать сыворотку!
Он двинул пальцем — и бешеное давление пропало. Глотая слёзы, Карина хрипло вдохнула живительный воздух.
Император схватил её за волосы и приподнял.
— Так что ты задумала, маленькая строптивая мразь?
— Я не… Аа-а-а!
Еще один гравитационный удар подбросил ее в воздух и швырнул назад, к ногам замершего в оцепенении Пожарского. Он холодно посмотрел на распластавшуюся перед нам девчонку, всегда такую дерзкую и гордую.
Император ломал её, без пощады и сожаления.
— Отвечай.
Страх в глазах девчонки сменился яростью. Вытерев щеки, она вскочила и окуталась бледно-голубой аурой, вскинув руку.
Глупая, подумал Пожарский. Её атрибут и сила не шли ни в какое сравнение с мощью государя.
Но загнанная в угол девчонка решила рискнуть. Однако прежде, чем она сфокусировала альву, Император вытянул руку, сжимая пальцы словно обхватывал её горло.
Энергия сжала Карину с двух сторон, приподнимая над землей. Девушка захрипела, из её глаз брызнули слезы. Её рука потянулась к горлу, а вторая коснулась висящей на поясе сумочки.
— Р-Ро…ран… — прохрипела она.
— Сука! — Император одним жестом выбил кодекс из её рук. В тот же миг гравитационная волна протащила девчонку к стене и прижала так, что едва не раздался треск костей.
— Госпожа!.. — вспыхнув энергией, из воздуха возникла Роран, замахиваясь копьем. Император поднял вторую руку — и кодекс швырнуло назад, относя копьё в сторону. Затормозив, она рванулась к захрипевшей госпоже.
— Сирин! — гаркнул он. В тот же миг из вспышки света появилась императорский кодекс и на ходу перехватила Роран.
— Не двигайся, прошу тебя! — она перехватила запястья Роран.
— Довольно представлений, — император подошел к Карине, распятой у стены его магией. — Потёмкин!
В зал вошел высокий худощавый профессор и подошел к ним, на ходу стаскивая с рук тонкие перчатки.
— Вытащи из неё всё. Я хочу знать, что эта тварь от меня скрывает.
Карина с ужасом посмотрела в ледяные, смеющиеся глаза профессора, и попыталась вскрикнуть, но из спертой глотки вырвался только полный боли всхлип. Прохладные пальцы профессора легли на её лоб, второй рукой он коснулся головы императора.
На миг давление ослабло.
— Слава… — прохрипела она, глотая слёзы — и в следующий миг чужая воля полезла ей в голову.
Боль разорвала сознание. Карина даже не закричала — завопила так, что звенело в ушах. Это был крик животного, которого рвёт на части стая волков.
— Хозяйка!.. — крикнула Роран и, отбросив Сирин, рванулась к ней. Император обернулся, но прежде чем смог ударить, кодекс исчезла во вспышке телепортации.
А Карина кричала что есть сил.
Перед глазами понеслись, рассыпаясь как разбитое стекло, картины прошлого. Отец, тысячи вариантов формул сотен лекарств, бесчисленные колбы и лабораторные мыши в клетках. Ярослав и Есеня, пылающие ауры альвы, и два сверкающих обломка одного ядра в их груди.
— А-а-а-а!..
Изо рта хлынула слюна, слёзы залили лицо. Карина билась в истерике, но ладонь Потёмкина, словно прибившие её к стене железные гвозди, не выпускала свою жертву.
— Вот и всё, — Потёмкин отнял руку.
Закатив глаза, девчонка рухнула на пол, подергиваясь в судорогах. Изо рта текла слюна пополам с кровью.
— Вот же мразь, — Император нагнулся к ней и повернул к себе заплаканное, бледное как бумага лицо. — Лекарство от альва-порчи… до чего же коварная сука.
Злость пополам с возмущением наполнили его. Тщедушная дрянь не просто его обманула — она подсунула ему бесполезную шелуху, блекнущую на фоне настоящего бриллианта. Лекарство могло стать спасением миллионов, равно как и оружием против других стран, и оружием невероятно сильным.
С какой же лёгкостью она его провела! Непростительно!
Он встал, брезгливо вытер пальцы платком и, бросив его рядом с девчонкой, посмотрел на Потёмкина.
— Забирай эту дрянь в «Белогорье» и вытащи из её памяти формулу лекарства. Раз не хотела по-хорошему… я получу из неё всё по-плохому.
Тот кивнул и, закинув на плечо обмякшую девчонку, понёс к двери.
