– Я не из дворовых, а из полевых крестьян, из тягловой силы. Дворовые – это фактически барская прислуга, высший уровень крепостных. А феодала как ни окультуривай, лишь бы холопа дали запороть. Но получается, что я больше вашего могу. Я могу хоть что-то сделать, чтобы крыша не протекала, чтобы детей пьяные родственники не третировали, а вы можете только изъять их из семьи, закрыть школу, уволить всех. Запороть. Вот мост я не могу построить, потому что я не власть в этом городе. Он мне тоже очень нужен, но я не смогу осилить его строительство. А когда чиновники объявляют себя властью, но в их владениях разваливаются мосты, дороги, предприятия, жилые здания, население спивается или сбегает, это никакая не власть. Они ничего не могут с этим поделать, они выговаривают людям, что те не могут месяц прожить на сумму, какую они сами тратят за пару часов, они сетуют, что население не хочет жить в бараках с видом, словно это дворцы, они недоумевают, что асфальт на дорогах через сорок лет куда-то исчез. У нас нет власти, мы живём в городах без власти. Население сидит без работы, люди так воспитаны, что сразу пить надо, если что не так. Они выросли на рекламе девяностых, где доказывали, что русский человек просто обязан быть пьяным гамадрилом, а теперь призывают рождаемость повышать, хотя в их клетушках и так уже не протолкнуться. Они ничего не видят, только телевизор смотрят, что им там ни покажут, всё в жизнь воплотят, потому что там достаточно сильные методы воздействия на сознание используются. Вот вы тут кричали, что у кого-то связи есть в Министерстве культуры и на телевидении, так подскажите им, что нельзя над людьми такие бесчеловечные эксперименты ставить, словно кто посмеяться хотел, как нищета с циррозом и киношными уголовными манерами теперь о любви к детишкам губами шлёпать начнёт. А дети от таких горе-родителей бегут. Потому что детям хочется развиваться, но для этого надо, чтобы сами родители развивались, чтобы в семьях хотя бы немного снизилось тяжелейшее материальное напряжение, прекратилось пьянство и мордобой, появилось какое-то дополнительное пространство, трезвый интересный досуг. Вы приезжаете в такие семьи и стыдите спивающуюся мать-одиночку, грозитесь забрать детей, а вы сами жили вшестером на пятнадцати квадратных метрах? Пробовали, что это такое, прежде чем народ учить, как это надо правильно делать? Да, некоторые не выдерживают таких условий, ломаются. А если у вас есть связи, вы крутые и сильные, так используйте эти связи, доведите до сведения нашей элиты, что нельзя пропагандировать дурные манеры на всю страну, показывать идиотов и сволочей вместо нормальных людей. Объясните, что они сами не на луне живут, это и по ним может ударить. Они не боятся, что к их жёнам и дочерям по пути из ресторана к лимузину вечером такие спившиеся дебилы подвалят, каким нынче посвящены фильмы «для настоящих мужчин»? Надо сделать выбор: личный уют или судьба страны. А не хотите, тогда и говорить не о чем. Считаете себя крутыми, так станьте ими на деле, сделайте что-то нужное, а то трясёте своей крутизной, как гопники яйцами, уж простите за сравнение. Кому вы её демонстрируете? Мне? Да меня даже бандиты на улице не трогают, настолько плачевный вид.
Есть ли надежда, что эти комитеты и департаменты когда-нибудь заработают эффективно? Нет. Во-первых, они изначально создавались не для работы, а как эвакуация для тех, кто остался не у дел. Во-вторых, у них нарушен один из основных принципов тайм-менеджмента: чтобы посадить дерево, достаточно одного человека. А их многотысячная армия застопорит любую работу от уборки снега до запуска ракет и найдёт для этого «объективные причины». Забьёт любую систему, как сорная трава. И напрасно волнуются те, кто считает, что их сокращение приведёт к образованию такой же многотысячной армии безработных. Это очень находчивая публика, они не пропадут, если им удалось создать видимость бурной деятельности за большой оклад на пустом месте. Многие чиновники, например, успешно занимаются бизнесом, хотя постоянно заверяют, что им это запрещено, им препятствуют в этом, но даже при таких неблагоприятных условиях им удаётся получать многомиллионные прибыли. А любой отечественный бизнесмен знает, что это удаётся очень немногим. И когда публикуют отчёты о доходах государственных управленцев, то бизнес скидывают на супругу, тёщу и прочую родню. Жена за год заработала более ста миллионов, а муж меньше десяти, стоит сиротливо, как фиговым листочком прикрылся: «У меня и нет ничего! Вот я весь, что есть». Все понимают, что рулит таким успешным бизнесом именно его волосатая влиятельная рука, используя связи и полномочия, а уж никак не тонкие пальчики с маникюром. Так и пусть рулит – зачем скрывать то, что слишком явно? Это умные проворные люди, они умеют делать деньги. А вот деньги, которые они получают из бюджета за сидение на высоких должностях, могут их развратить и ослабить. Того самого бюджета, в котором никогда нет средств, чтобы проложить лишнюю дорогу в великой державе.
