— Нет, я боюсь, — возразил Фродо. — Просто боюсь. Но я рад, что ты высказался так откровенно. Теперь мне гораздо понятнее, что делать.
— Значит, ты идёшь в Минас Тирит? — с горячей надеждой воскликнул Боромир. Глаза гондорца сияли.
— Ты неправильно меня понял, — возразил Фродо.
— Но ты хотя бы заглянешь туда? — продолжал настаивать Боромир. — Мой город уже близко, и оттуда до Мордора немногим дальше, чем отсюда. Мы долго пробыли в глуши, и тебе необходимо узнать последние сведения о действиях Врага, прежде чем двигаться дальше. Пойдём со мной, Фродо, — закончил Боромир, дружески положив руку ему на плечо. — Тебе нужно отдохнуть перед своей рискованной попыткой, если уж она неизбежна.
Но рука гондорца мелко дрожала, выдавая скрытое возбуждение. Фродо быстро встал и, с беспокойством оглядев Боромира, отступил — человек был вдвое выше хоббита и намного сильнее.
— Почему ты так неприязненно относишься ко мне? — спросил Боромир. — Я честный человек, не вор и не разбойник. — Да, мне нужно твоё Кольцо, теперь ты это знаешь, но клянусь честью, что я не собираюсь оставить его у себя навсегда. Дай мне хотя бы попробовать осуществить свой план! Одолжи мне Кольцо!
— Нет, нет! — воскликнул Фродо. — Совет доверил его мне!
— Враг одолеет нас лишь из-за твоей глупости! — прорычал Боромир. — Как же это меня бесит! Идиот! Упрямый дурак! Добровольно стремиться в объятия смерти, чтобы погубить всё! Если кто из смертных и может претендовать на Одно Кольцо, то это люди Нуменора, а вовсе не невысоклики! Оно досталось вам по несчастной случайности. Оно могло быть моим. Оно должно быть моим. Отдай его мне!
Фродо, не отвечая, попятился, чтобы отгородиться от громадного гондорца хотя бы камнем.
— Тише, тише, мой друг! — немного спокойнее сказал Боромир. — Почему бы тебе не избавиться от него? Освободиться от всяческих сомнений и страхов? Если хочешь, можешь возложить всю вину на меня. Скажи, что я гораздо сильнее тебя и отнял его силой. Потому что я гораздо сильнее тебя, невысоклик! — воскликнул он, неожиданно перескочив через камень и бросаясь на Фродо. Его красивое, мужественное лицо отвратительно исказилось, глаза полыхнули алчным огнём.
Увернувшись, Фродо опять спрятался за камень. Ему оставалось только одно, и хоббит, вынув дрожащей рукой Кольцо, быстро надел его на палец как раз тогда, когда Боромир снова прыгнул к нему. Ошеломлённый гондорец на мгновение замер с открытым ртом, а потом слепо заметался по лужайке, ища Фродо между камней и деревьев.
— Жалкий штукарь! — яростно орал он. — Попадись мне только! Теперь я знаю, что у тебя на уме! Ты только и ждёшь, чтоб сбежать и предать нас всех! Будь ты проклят! Будь проклят ты и все невысоклики, прокляты на вечную тьму и смертный мрак! — в слепом неистовстве гондорец споткнулся о камень, рухнул ничком и мёртво застыл, словно его сразило собственное проклятие; а потом вдруг начал бессильно всхлипывать.
Потом медленно поднялся и провёл рукой по глазам, стирая слёзы.
— Что я тут нагородил? Что натворил?.. Фродо! Фродо! — со страхом закричал он. — Фродо, вернись! У меня помутился разум, но это уже прошло! Фродо!..
Однако Фродо был уже далеко: не слыша последних выкриков Боромира, не разбирая дороги, бежал он вверх. Жалость и ужас терзали хоббита, когда ему вспоминался озверевший гондорец с искажённым лицом и горящими глазами, в которых светилась безумная алчность.
Вскоре он выбрался на вершину Амон Хена, перевел дыхание и огляделся. Ему открылся, но как бы в тумане, широкий круг, вымощенный большими плоскими плитами и окружённый осыпавшейся местами зубчатой оградой, а в центре круга — высокое сидение на четырёх резных опорах, к которому вела многоступенчатая лестница. Фродо поднялся по лестнице и сел на древнее кресло, чувствуя себя заблудившимся ребёнком на троне горного короля.
Сначала он почти ничего не увидел, кроме тумана и теней в нём: Кольцо так и оставалось у него на пальце. Потом туман то тут, то там словно раздвинулся, и хоббиту открылись целые картины: яркие, но мелкие, как панорамы, выставленные перед ним на стол, только они были далеко. И ни звука: одни движущиеся изображения. Мир сжался и затих. Фродо сидел на Троне Зрения, на вершине Амон Хена, горы, которая носила название Глаз Нуменорцев. Он смотрел на восток и видел просторы неведомых земель, безымянные равнины и неизвестные леса. Смотрел на север, и видел под собой ленту Великой Реки и маленькие Мглистые горы, торчащие, как сломанные зубы. Смотрел на запад, и видел широкие пастбища Рохана и Ортханк, остроконечную башенку Скальбурга, похожую на чёрный гвоздь. Смотрел на юг, и Великая Река у самых его ног низвергалась падающей волной в яму Рэроса, и дрожащая радуга вставала над его пеной. И он видел могучую дельту Реки, Этир Андуин, и мириады чаек, кружащихся, как белая пыль под солнцем, а под ними зелёное море в серебристых барашках волн.
