— Мы уже догнали кое-кого из тех, за кем охотимся, — сказал он, сопровождая свои слова жестом. — Взгляните!
Остальные посмотрели в указанном направлении и увидели груду тел, которую сначала они приняли за валуны, валяющиеся у подошвы склона. Там лежало пять мёртвых орков. Они были жестоко изрублены, а двое обезглавлены. Земля была пропитана их тёмной кровью.
— Ещё одна загадка! — воскликнул Гимли. — Но чтобы разгадать её, нужен дневной свет, а мы не можем ждать так долго.
— Тем не менее, это обнадёживает, — заметил Леголас. — Враги орков, вероятнее всего, наши друзья. Населены ли эти холмы?
— Нет, — сказал Арагорн. — Ристанийцы редко заходят сюда, и до Минас Тирита слишком далеко. Может быть, здесь охотился какой-то отряд людей с неизвестной нам целью. Но вряд ли. Я так не думаю.
— А что ты думаешь? — спросил Гимли.
— Я думаю, что враги привели врага с собой, — ответил Арагорн. — Это северные орки, пришедшие издалека. Среди убитых нет гигантских орков с той странной эмблемой. Полагаю, здесь была ссора — обычная вещь для такого сброда. Может быть, они спорили, каким путём идти дальше.
— Или о пленниках, — сказал Гимли. — Остаётся надеяться, что они не встретили свой конец заодно с вот этими.
Арагорн внимательно осмотрел землю по широкому кругу, но никаких других следов сражения не нашёл. Они двинулись дальше. Небо на востоке уже стало бледнеть, звёзды погасли, постепенно светало. Ещё немного к северу, и они подошли к узкой расщелине, сквозь которую тонкий ручей, падая и разбиваясь, прорубил себе каменистую тропку вниз, в долину. Кое-где по его берегам пробивалась трава и росли кустарники.
— Наконец-то! — сказал Арагорн. — Вот след, который мы искали! После спора орки поднялись вверх по этому ручью.
Преследователи быстро повернули и последовали по новой тропе. Они прыгали с камня на камень бодро, словно освежённые ночным отдыхом. Наконец они выбрались на вершину серого хребта, и вдруг свежий ветер развеял их волосы и плащи: холодный ветер рассвета.
Обернувшись, они увидели, как озарились за Рекой дальние холмы. В небе разгорался день. Над плечами тёмной земли вставал красный край солнца, но мир на западе оставался бесформенным и сумрачным. Однако, пока они стояли и смотрели, следы ночи растаяли и краски вернулись на просыпающуюся землю: зелень разлилась по степям Ристании, белые туманы замерцали над речными долинами и далеко слева, в тридцати или более лигах, встали голубые и пурпурные Белые горы, взметнув свои пики, увенчанные сверкающими снегами, которые утро окрасило в розовый цвет.
— Гондор! Гондор! — воскликнул Арагорн. — Увижу ли я тебя снова в лучший час?! Мой путь пока не ведёт на юг к твоим прозрачным рекам:
— А теперь идёмте! — сказал он, отведя глаза от юга и устремив их на северо-запад, на путь, по которому они должны были идти.
Хребет, на котором стояли друзья, круто обрывался у них под ногами. Примерно в двадцати саженях внизу был широкий изрезанный уступ, заканчивающийся отвесным утёсом — Восточная Стена Рохана. Так кончался Эмин Муил; перед ними до самого горизонта простирались зелёные степи Ристании.
— Смотрите! — воскликнул Леголас, указывая в бледное небо над ними. — Там снова орёл! Он очень высоко. Похоже, возвращается к северу. Он летит очень быстро. Смотрите!
— Нет, даже мои глаза не различают его, дорогой мой Леголас, — сказал Арагорн. — Он, должно быть, слишком высоко. Хотел бы я знать, кем он послан и зачем, если это та самая птица, которую я видел раньше. Но смотри! Я вижу нечто более близкое и более нужное: там что-то движется по равнине!
— Много точек, — сказал Леголас. — Это большой пеший отряд, но я не могу больше ничего добавить. Я не вижу, кто они. Они впереди на много лиг, полагаю, что на двенадцать. Однако на глаз трудно оценить расстояние на равнине.
— Тем не менее, мне кажется, что теперь нам не придётся искать след и гадать, куда идти, — заметил Гимли. — Давайте отыщем спуск вниз, да побыстрее.
— Сомневаюсь, что ты сумеешь найти спуск быстрее того, каким воспользовались орки, — отозвался Арагорн.
