Но Сэм не подозревал о злобе, которую они возбудили против себя; он знал лишь, что в нём нарастает страх, ощущение незримой угрозы, и груз этого страха потяжелел настолько, что мешал ему бежать, а ноги будто свинцом налились.
Страх был вокруг него, а впереди, на перевале — враги, а его хозяин в шалом настроении легкомысленно помчался навстречу им. Оторвав глаза от тени сзади и глубокого мрака у подножья утёса слева, он взглянул вперёд и увидел две вещи, которые усилили его ужас. Он увидел, что меч, который Фродо ещё держал обнажённым, полыхает синим пламенем, и увидел также, что, хотя небо позади башни совсем почернело, окно её до сих пор светится красным.
— Орки! — пробормотал он. — Так просто нам не проскочить. Рядом орки и кое-что похуже, чем орки.
И, тут же вспомнив о необходимости прятаться, давно вошедшей у него в привычку, он спрятал в ладони драгоценный фиал, который так и продолжал нести. На миг рука его засветилась красным от собственной живой крови, а потом он засунул способный выдать их свет глубоко в нагрудный карман, натянул на него эльфийский плащ и постарался бежать быстрее. Хозяин далеко обогнал его: он был уже шагов на двадцать впереди, мелькая, словно тень. Скоро он совсем исчезнет из виду в этом сером мире.
Стило только Сэму спрятать свет фиала, как появилась Она. Внезапно он увидел, как чуть впереди, слева, из чёрной дыры в тени утёса полезла отвратительнейшая тварь из всех, какие ему когда-либо доводилось видеть: ужаснее, чем кошмар. Больше всего она напоминала паука, но была крупнее любого хищного зверя и гораздо страшнее, чем они, из-за злобного выражения в ее беспощадных глазах. Эти безжалостные фасеточные глаза, которые он считал запуганными и побеждёнными, снова горели зловещим светом на выброшенной вперёд голове. На голове были большие рога, а за короткой, похожей на стебель шеей, угадывалось гигантское разбухшее туловище, огромный надутый мешок, болтающийся, провиснув, меж её ног. Её огромное тело было чёрным с белёсыми пятнами, а нижняя часть брюха бледной: она светилась тусклым светом и распространяла густую вонь. Её ноги с большими шишковатыми суставами и покрытые жёсткими, как стальные спицы, волосами, были согнуты и поднимались высоко над спиной, и каждая нога заканчивалась когтем.
Лишь только тварь пропихнула своё мягкое хлюпающее тело и складчатые конечности в верхний выход логова, она помчалась с ужасающей быстротой то бегом на потрескивающих ногах, то делая внезапный скачок. Она была между Сэмом и его хозяином. То ли она не видела Сэма, то ли избегала его пока как носителя света, но пока она целиком сосредоточилась на одной добыче, на Фродо, лишённом своего фиала, который без оглядки мчался по дороге, не подозревая о грозящей ему опасности. Он бежал быстро, но Ракона была быстрее: в несколько прыжков она настигнет его.
Сэм раскрыл рот и из последних сил, насколько хватило дыхания, завопил:
— Оглянитесь! Хозяин, оглянитесь! Я…
Но внезапно его крик был задушен.
Длинная липкая рука зажала ему рот, другая вцепилась в шею, а что-то ещё обхватило его ноги. Захваченный врасплох, он опрокинулся навзничь прямо в руки противника.
— Схватили его! — прошипел Горлум ему в ухо. — Наконец-то, моя прелесть, мы схватили его, да, мерзс-с-ского хоббита. Мы взяли одного. Она получит другого. О да, он достанется Раконе, не Смеагорлу, — он обещал. Он не причинит хозяину никакого вреда. Но он получил тебя, тебя, мерзс-с-ского грязного пролазу!
Он плюнул Сэму на шею.
Бешенство, вызванное предательством, и отчаяние от помехи, когда его хозяин был в смертельной опасности, внезапно придали Сэму такую силу и стремительность, каких Горлум никак не ожидал от этого, как он считал, медлительного тупого хоббита. Сам Горлум не сумел бы извернуться более быстро и более яростно. Его рука соскользнула со рта Сэма, и Сэм тут же нагнул голову и рванулся вперёд, пытаясь освободиться от хватки на шее. Он всё ещё сжимал меч, а на левой руке висел на ремне посох Фарамира. Он предпринял отчаянную попытку развернуться и поразить своего врага, но Горлум был слишком быстр. Его длинная рука взметнулась и сжала запястье Сэма, как тисками; медленно и неумолимо он заводил его кисть вниз и вперёд, пока с криком боли Сэм не выронил меч, который упал на землю. И всё это время другая рука Горлума давила на глотку хоббита.
Тогда Сэм пошёл на последнюю хитрость. Он изо всех сил рванулся, упёрся в землю ступнями, а затем внезапно оттолкнулся ногами и кувыркнулся через голову.
Не ожидавший от Сэма даже такого простого приёма, Горлум перелетел через него и очутился снизу, приняв весь вес крупного хоббита на живот. Он пронзительно зашипел, и на мгновение его рука на горле Сэма ослабла, но пальцы другой успели нащупать рукоять меча. Сэм дёрнулся вверх, вскочил и крутанулся вправо, поскольку Горлум так и продолжал сжимать его запястье. Перехватив посох левой рукой, он размахнулся и со свистом обрушил его на вытянувшуюся руку Горлума прямо под локтем.
