— Может быть, они его призвали, — ответил Феоден. — Сердце говорит мне, что я его больше не увижу. Это был муж королевской крови, великого предназначения. Утешься этим, дочь моя, ибо я вижу, что его судьба гнетет тебя. Легенды говорят, что когда потомки Эорла прибыли с севера в поисках мест, где можно было бы скрываться и обороняться во время военных гроз, Брего со своим сыном Бальдором поднялись сюда и дошли до ворот на Тропу Умерших. У порога тогда сидел старец, годы которого нельзя было сосчитать. Был он высоким, некогда величественным, но лицо его было изборождено морщинами, как вековечный камень. Сначала его и приняли за старый камень, потому что он не двигался и не откликался, пока Бальдор не попытался обойти его и войти в пещеру. Тогда из груди его прорвался голос, будто из-под земли, и, к их удивлению, он проговорил на языке западного племени:
Тогда к нему присмотрелись и убедились, что это живой человек. Но он на них не смотрел.
«Дорога закрыта, — повторил он. — Те, кто ее построил, умерли.
«А когда пробьет Час?» — спросил Бальдор, но ответа не услышал.
Старик упал мертвым, лицом в землю. Больше никто не смог ничего узнать о прежних жителях этих гор. Может быть, как раз теперь пробил Час, и заповедная дорога открылась перед Арагорном?
— Как же узнать, пробил ли Час, если не переступать порог? — спросил Эомер. — Но нет, я бы не смог этого сделать, даже если бы за мной гналась вся армия Мордора, и я был бы один, и другой дороги не было. Великое несчастье, что на зов Умерших ответил мужественный и благородный воин, который нам так нужен в трудное время. Неужели мало зла на земле, чтобы искать его под землей? Война может вспыхнуть в любую минуту.
Полководец замолчал, потому что за шатром послышались голоса: кто-то произносил имя Феодена, а часовой не пускал прибывшего в шатер.
Начальник стражи раздвинул полог.
— Конный гонец из Гондора, король! — доложил он. — Просит немедленно его выслушать.
— Впусти его! — сказал Феоден.
Вошел высокий воин. Мерри чуть не вскрикнул, потому что в первое мгновение ему показалось, что воскресший Боромир вернулся с того света. Потом хоббит присмотрелся и понял, что это не Боромир, хотя очень похож: тоже высокий, сероглазый, гордый. Он был одет как всадник, в темно-зеленый плащ поверх кольчуги из мелких колец. В руке он держал красную стрелу с черным оперением, ее стальной наконечник тоже был выкрашен в красный цвет. Он встал на одно колено и протянул стрелу Феодену.
— Приветствую тебя, повелитель рохирримов, друг Гондора! — произнес он. — Я Хиргон, гонец Дэнетора, который посылает тебе знак войны. Гондор в великой беде. Рохирримы много раз помогали нам, но на этот раз наместник Дэнетор взывает к вам, прося прийти как можно скорее и с большим подкреплением, иначе Гондор погибнет.
— Красная Стрела!.. — сказал Феоден, беря ее из рук гонца. По всему было видно, что он давно ждал этого знака, но, увидев его, не смог сдержать дрожи в руке. — За всю мою жизнь ни разу не прилетала в Рубежный Край Красная Стрела! Значит, дошло до этого. На какое подкрепление с моей стороны и на какие сроки расчитывает Дэнетор?
— Это тебе лучше знать, милостивый король, — ответил Хиргон. — Минас Тирит вот-вот окажется окруженным со всех сторон. Сможешь ли ты прибыть с такими силами, чтобы пробиться через кольцо врагов? Наш повелитель Дэнетор просил меня сказать тебе, что, по его мнению, лучше было бы, если бы сильное войско Рохана успело войти в стены города, а не осталось за ними.
— Но ваш повелитель наверняка знает, что рохирримы привыкли биться на конях в открытом поле, а также и то, что наш народ разбросан и нужно время, чтобы собрать всех всадников. Я думаю, Хиргон, что наместник Минас Тирита знает больше, чем говорит. Ты сам видишь, что здесь уже идет война, и не подготовленных к ней нет. У нас был Гэндальв Серый, и сегодня мы здесь собрались на войсковой смотр, чтобы сразу же после него выступить в поход на восток.
— Я не могу сказать тебе, король, что знает об этом наш повелитель и чего не знает, — ответил Хиргон. — Но мы на самом деле в отчаянном положении. Мой господин не приказ тебе шлет, а просьбу, дабы ты в знак давней дружбы и связывающей нас клятвы и ради собственного блага сделал все, что в твоей власти.
До нас дошли вести, что многие восточные владыки стягивают силы на службу Мордору. На севере между нами и Дагорладом беспрестанно слышен звон оружия. На юге зашевелился Харад, и страх охватил прибрежные племена, так что немного нам будет от них помощи. Поспеши, король! Ибо под стенами Минас Тирита решается судьба сегодняшнего мира, и если мы там не сдержим волну Зла, зальет она дивные степи Рохана, и даже твое горное гнездо перестанет быть надежным убежищем.
