— Страшные вести ты несешь, — произнес Феоден. — Но не все в них для нас новость. Скажи Дэнетору, что если бы даже Рубежный Край не был сам под угрозой, мы пришли бы к нему на помощь. Но сейчас мы понесли большие потери в битвах с изменником Саруманом и не имеем права забывать о наших северных и восточных границах. Послание Дэнетора только еще раз напомнило об этом. Може случиться и так, что, перейдя через Великую реку огромными силами, Черный Властелин нападет на нас со стороны Ворот Королей, и нам придется вступить в бой раньше, чем мы дойдем до вашего города.
Но не будем тратить слов. Мы пойдем к вам на помощь. Утром объявлен смотр войск. Сразу после него я отдам приказ выступать. Раньше я думал, что смогу выслать степями на страх врагам десять тысяч копейщиков. Но сейчас, увы, вынужден дать меньше. Не могу оставить свой народ совсем без защиты. Шесть тысяч приведу в Минас Тирит. Скажи Дэнетору, что в трудный час король Рубежного Края сам спешит в Гондор, хотя знает, что вряд ли вернется живым из этого похода. Но дорога к вам далека, а люди и кони не должны быть измучены перед боем. Пройдет неделя, прежде чем вы услышите боевой клич сынов Эорла, идущих к вам с севера.
— Неделя! — воскликнул Хиргон. — Ну что ж, придется смириться, если иначе нельзя. Но кто знает, не увидите ли вы через неделю лишь разбитые стены, если нас не спасет неожиданное чудо. Тогда хотя бы не дайте оркам и чернолюдам пировать на руинах Белой Башни!
— Это я могу тебе обещать наверняка, — сказал Феоден. — Но сейчас прости. Я устал после недавней битвы и долгого перехода, мне нужен отдых. Останься у нас на одну ночь. Утром увидишь смотр наших войск и поедешь назад с легким сердцем на свежем коне. Утро вечера мудреней, за ночь могут прийти новые решения.
Король встал, за ним поднялись все остальные.
— Расходитесь и спите спокойно, — сказал король. — Ты, Мерриадок, мне сегодня больше не нужен. Но будь готов, что тебя позовут на рассвете.
— Буду готов, — ответил Мерри. — Даже если ты, король, прикажешь следовать за тобой по Тропе Умерших.
— Не произноси зловещих слов! — сказал король. — Таким именем не одну тропу можно назвать. И я пока не говорил, что возьму тебя с собой в поход. Спокойной ночи!
— А я не хочу оставаться здесь и ждать, чтобы обо мне вспомнили, когда все кончится! — прошептал Мерри. — Не хочу здесь оставаться, не хочу!
Так он и заснул в палатке, повторяя свой протест. Разбудил его человек, который тряс его за плечи и кричал:
— Вставай, вставай, господин холбыт!
Мерри очнулся и сорвался с постели. Было совсем темно.
— Что случилось? — спросил он.
— Тебя зовет король.
— Так солнце еще не взошло!
— И не взойдет. Похоже, что из-за этой тучи мы его вообще больше не увидим. Но время не ждет, хотя солнца и нет. Поспеши!
Быстро накинув плащ, Мерри вышел из палатки. Снаружи было пасмурно. Кажется, весь мир нахмурился. Воздух стал бурым, а все вокруг — черным и серым; тени исчезли. Тишина стояла полная. Краев тучи видно не было, только над западным горизонтом, куда протягивались жадные пальцы Тьмы, еще угадывались смутные просветы. Прямо над головой висел тяжкий полог сплошного мрака, и проблески света на горизонте не разгорались, а постепенно исчезали.
Перед палатками хоббит увидел множество людей, все смотрели вверх и перешептывались. Лица были хмурые и серые, некоторых била дрожь. С тяжелым сердцем Мерри прошел к королю. Оказалось, что гонец из Минас Тирита, Хиргон, опередил его и привел еще одного гондорца, подобного себе чертами лица и одеждой, но ниже ростом и более плотного. Когда Мерри входил в королевский шатер, второй гонец беседовал с Феоденом.
— Тьма пришла из Мордора, король, — говорил он. — Начала стягиваться вчера на закате. С горных троп твоей восточной провинции я видел, как она выползает и тянется по небу, всю ночь она гнала меня, проглатывая звезды. Сейчас огромная Тень зависла над нашими странами от самых сумрачных гор Тени и продолжает разрастаться. Война началась.
Некоторое время Феоден молчал. Потом произнес:
— Значит, свершилось! Разразилась Великая Война нашего времени, которая несет конец многому. Скрываться поздно. Теперь мы двинемся кратчайшей дорогой, не таясь, и поскачем так быстро, как лошади смогут. Смотр начинаем немедленно, ждать никого не будем. Есть ли в Минас Тирите запасы? Если мы поспешим и поскачем налегке, то не сможем взять обозы, запасемся только хлебом и водой, чтобы продержаться до первого боя.
— У нас давно все запасено, — ответил Хиргон. — Продовольствия хватит. Только поспеши!
— Прикажи трубить сбор, Эомер, — сказал Феоден. — Пусть всадники строятся.
Эомер вышел, и вскоре в Укрытии и в долине заиграли трубы. Но их голоса, которые вчера казались Мерри чистыми и звонкими, сегодня в тяжелом воздухе звучали глухо, сдавленно и зловеще.
Король повернулся к хоббиту.
— Я иду воевать, Мерриадок, — сказал он. — Причем незамедлительно. Освобождаю тебя от службы, но не от дружбы своей. Оставайся здесь и, если хочешь, поступай на службу к королевне Эовине, которая в мое отсутствие будет править народом.
