— Кажется, это повесть о судьбе народа Балина, — проговорил он. — Думаю, летопись начата с прихода в Затенье около тридцати лет назад: номера страниц указывают на год прибытия. Верхняя страница помечена один — три, так что сначала потеряно по меньшей мере две. Слушайте!
«Мы оттеснили орков от Ворот и Ка… — думаю, «Караульни» — следующее слово закрыто пятном и обгорело. — …мы убили многих при ярком… — думаю, «солнце», — … в долине. Флои был сражен стрелой. Он сразил огромного… — Здесь пятно, а дальше: — …Флои под травой рядом с Зеркальным». Следующие одну-две строки я прочесть не могу. Потом следует: «Мы заняли Двадцать Первый Чертог Северной стороны и поселились в нём. Здесь…» не могу прочесть, что. Упоминается копье. Потом «Балин воссел на трон в Палате Мазарбула».
— Палата Летописей, — вставил Гимли. — Кажется, в ней мы и стоим.
— Здесь я не могу разобрать многого, — сказал Гэндальф, — кроме слов «золото», «Топор Дарина» и, похоже, «шлем». Потом: «Теперь Балин — Государь Мории». На этом, кажется, кончается глава. После нескольких звездочек идет другой почерк, и я вижу «… мы нашли истинное серебро», следом «ковкий», а потом что-то… а, понял! «…мифриль»; и последние две строчки… «Оина искать верхний арсенал в Третьем Ярусе…» кто-то «ушел на запад» — пятно — «к Дверям Эрегиона».
Гэндальф остановился и переложил несколько листов.
— Здесь несколько страниц, очень торопливо исписанных и сильно поврежденных, — сказал он. — В этом свете мне их не разобрать. Дальше нескольких страниц не хватает, потому что сразу появляется номер пять — полагаю, пятый год с основания колонии. Посмотрим! Нет, они слишком изрезаны и измараны; я не могу их прочесть. Быть может, на солнце нам это удастся… Подождите-ка! Вот что-то ясное: крупный твердый почерк, писали по-эльфийски…
— Это, должно быть, рука Ори, — сказал Гимли, взглянув из-под локтя мага. — Он писал красиво и быстро; и часто — эльфийскими письменами.
— Боюсь, добрый почерк сообщает лихие вести, — сказал Гэндальф. — Первое ясное слово — «скорбь», но остаток строчки утерян — видно только, что кончается она на «…ром». Это, должно быть, «вечером», а следом идет: «десятого ноября Балин, Государь Мории, пал в Затенье. Он ушел один заглянуть в Зеркальное. Орк застрелил его из-за камня. Мы убили орка, но много других… с востока по Серебрянке». В конце главы столько пятен, что разобрать что-либо очень трудно, но я, кажется, могу прочесть «…мы загородили Врата», а потом: «сможем продержаться долго, если…» а дальше, думаю — «ужасный», и «страдание». Бедный Балин! Он носил свой титул меньше пяти лет. Хотелось бы мне знать, что было дальше; но разгадывать последние страницы нет времени. Вот самый последний лист. — Маг остановился и вздохнул.
— Печальное чтение, — заметил он, — Боюсь, конец их был страшен. Слушайте! «Нам некуда отступать. Некуда. Они захватили Мост и Второй Чертог. Фрар, Лони и Нали пали там…» Следующие четыре строки испорчены настолько, что я могу прочесть только «пять дней назад». Последние строки: «Озеро подошло к Западной Стене. Страж Вод взял Оина. Нам некуда отступать. Конец близко…» а потом «барабаны, барабаны в бездне». И в конце — торопливая запись по-эльфийски «… они идут». Больше здесь ничего нет. — Гэндальф, замерев, ушел в молчаливую думу.
Внезапный страх и непокой Палаты охватили Отряд.
— Нам некуда отступать, — пробормотал Гимли. — Хорошо еще, что озеро отступило немного, а Страж спал в южном углу. Гэндальф поднял голову и огляделся.
— Они держали последнюю оборону у обеих дверей, — сказал он, — но к тому времени их осталось немного. Вот как кончилась попытка отвоевать Морию! Доблестно — и глупо. Время еще не пришло… А теперь, боюсь, мы должны проститься с Балином, сыном Фундина. Он должен лежать здесь — в чертогах своих пращуров. Мы возьмем эту книгу, Книгу Мазарбула, и разберемся в ней подробнее — позднее. Возьми ее, Гимли, и отнеси Даину, если сумеешь. Она заинтересует его, хоть и опечалит, конечно. Ну, а теперь — идем! Утро проходит.
— Каким путем мы пойдем? — спросил Боромир.
— Обратно в зал, — ответил Гэндальф. — Но мы не зря заглянули в эту комнату. Я знаю теперь, где мы. Это должна быть, как сказал Гимли, Палата Мазарбула, а зал — Двадцать Первый Чертог Северной стороны. Значит, мы должны идти через восточную арку и держаться правее — к югу, и вниз. Двадцать Первый Чертог на Седьмом Ярусе, то есть на шестом от Ворот. Идемте! Назад в зал!
Едва Гэндальф проговорил эти слова, как раздался громкий шум: раскатистое Д-У-У-М поднялось из подгорных бездн и сотрясло камень у их ног. Путники в тревоге бросились к двери. Д-У-У-М, ДУМ раскатилось снова, словно огромные руки обратили самые пещеры Мории в гигантский барабан. Потом донесся трубный звук: в зале трубил большой рог, и издали отозвались ему другие рога и резкие крики. Послышался топот множества ног.
— Они идут! — вскричал Леголас.
— Нам некуда отступать, — сказал Гимли.
— В ловушке! — воскликнул Гэндальф. — Зачем я медлил? Пойманы — как и они когда-то. Но тогда меня здесь не было. Посмотрим, что..
