— Лодки эльфов, быть может, не тонут, — сказал он. — Но это не значит, что мы минуем Сарн-Гебир живыми. Это еще никому не удавалось. Ни одной тропы не проложено здесь народом Гондора, ибо даже в величайшие свои дни владения его не простирались за Эмин-Муиль. Но где-то на западном берегу есть волок — его я и хочу отыскать. Он не мог разрушиться: лодками пользовались, чтобы попасть из Глухоманья в Осгилиаф, вплоть до последних лет — пока не размножились мордорские орки.
— За всю мою жизнь лишь несколько раз приплывали к нам лодки с Севера, — сказал Боромир, — а орки всегда бродят на восточном берегу. Если ты пойдешь вперед, опасность будет расти с каждой милей, даже если ты отыщешь тропу.
— Все южные дороги опасны, — сказал Арагорн. — Ждите нас один день. Если за это время мы не вернемся — знайте, что лихо настигло нас. Тогда изберите нового вождя и следуйте за ним.
С тяжелым сердцем следил Фродо, как Арагорн и Леголас карабкаются на крутой берег и исчезают в тумане, но страхи его оказались напрасны. Прошло всего два-три часа, только что наступил полдень, когда во мгле появились смутные силуэты ушедших.
— Все в порядке, — сказал Арагорн, спустившись. — Там есть тропа, она ведет к хорошему спуску, все еще целому. Расстояние невелико: Перекаты в полумиле от нас, а тянутся они не больше чем на милю. Чуть ниже их Река вновь становится спокойней, хоть и бежит быстро. Самым трудным для нас будет донести лодки и поклажу до старого волока. Мы нашли его, но он далеко от Реки, под навесом скальной стены в фарлонге или около того от берега. Северного спуска мы не нашли. Если он сохранился, мы, должно быть, проплыли его прошлой ночью, не заметив в тумане. Боюсь, теперь мы должны уйти от реки и двигаться к волоку быстро, насколько сможем.
— Нелегкое дело, даже будь мы все Людьми, — заметил Боромир.
— Однако мы попытаемся сделать это — кем бы мы ни были, — сказал Арагорн.
— И сделаем! — сказал Гимли. — Люди сбивают ноги на плохой дороге а Гном идет вперед, даже если его ноша вдвое больше его самого, мастер Боромир!
Дело и правда оказалось нелегким, однако в конце концов оно было сделано. Вещи вынули из лодок и подняли на берег, на ровное место. Потом вытащили наверх лодки. Они оказались вовсе не такими тяжелыми, как ожидалось. Из какого выросшего в эльфийском краю дерева они сделаны — не знал даже Леголас; но оно было твердым и настолько легким, что Мерри и Пин запросто смогли бы нести свою лодку — по равнине. Тем не менее, потребовались силы двоих Людей, чтобы поднять их и нести по землям, которые пришлось пересекать Отряду. Холмистая пустошь горбилась серыми валунами известняка, таила заросшие травой и кустарником ямы; то и дело попадались заросли куманики и крутые овраги; тут и там виднелись топкие болотца и озерки: их питали ручьи, со звоном бегущие с горных уступов.
Пока Боромир и Арагорн переносили лодки, остальные, спотыкаясь и путаясь в траве, перетаскивали поклажу. Наконец все было перенесено и сложено у волока. Потом, почти без препятствий — если не считать плетей шиповника и множества камней — путники снова двинулись вперед. Туман по-прежнему пеленой висел на скалистых, уходящих вверх стенах, а слева занавешивал Реку: они слышали рев и плеск на острых каменных зубах Сарн-Гебира, но воды не видели. Пришлось пройти волок дважды, прежде чем все было перенесено к южной лестнице. Там волок поворачивал назад к реке и полого спускался к краю маленького мелкого озера. Оно казалось выбитым в речном берегу не руками, а водой, водоворотом, несущимся от Сарн-Гебира через низкий каменный порог, выступом заходящий в поток. За ним вплотную к воде вставал серый обрыв — пешему там пути не было.
Короткий день уже кончился; спускались мглистые хмурые сумерки. Отряд сидел подле воды, слушая невнятный шум и клокотанье скрытых туманом Перекатов; все казались усталыми и сонными, и души их были мрачными, как уходящий день.
— Ну вот мы и здесь, — сказал Боромир. — И здесь проведем мы эту ночь. Нам надо выспаться, и даже если Арагорн хотел миновать Врата Аргонафа сегодня, мы слишком устали — кроме, разумеется нашего стойкого гнома.
Гимли не ответил: он спал сидя.
— Давайте же сейчас отдохнем хорошенько, — сказал Арагорн. — Завтра нам снова плыть весь день. Если только погода не изменится и не предаст нас, нам выпадет случай проскользнуть незаметно мимо соглядатаев с восточного берега. А этой ночью будем сторожить по двое: три часа сна, один — в дозоре.
Этой ночью не случилось ничего страшнее моросящего дождя. Отряд выступил, едва рассвело. Туман поредел. Они старались держаться как можно ближе к западному берегу и видели смутные очертания низких обрывов, становящихся все выше — туманных стен, моющих ноги в спешащей воде. Около полудня тучи спустились, пошел сильный дождь. Они затянули лодки кожаными полотнищами, чтобы их не затопило, и продолжали плыть; сквозь серебристую дождевую завесу почти ничего не было видно.
