Он отошел недалеко. Тоннель был немного позади; Ущелье — сотней-другой ярдов впереди. Тропа виднелась во тьме — глубокая борозда, проторенная в прошедшие века, она некруто поднималась теперь по длинному желобу меж отвесных обрывистых стен. Желоб быстро сужался. Вскоре Сэм подошел к долгой череде широких плоских ступеней. Орочья башня была теперь прямо над ним, темно насупленная, с тускло светящимся багровым глазом. Сейчас хоббит был скрыт ее глубокой тенью. Он поднялся по ступеням — и был, наконец, в Ущелье.
«Я решился», — говорил он себе. Не это было не так. Хоть он и сделал всё, что мог, чтобы продумать всё до конца, то, что он делал, было не по нему. «Неужто я все-таки ошибся?» — бормотал он. — «Но что ж мне тогда надо было делать?»
Когда отвесные стены Ущелья сомкнулись над ним, прежде, чем взойти на вершину, прежде, чем взглянуть, наконец, на путь в Забвенные Земли, он обернулся. Мгновенье, застыв в невыносимом сомнении, глядел он назад. Он всё еще видел — темным пятном в густеющем мраке — пасть туннеля; и ему казалось, что он видит, или догадывается, где лежит Фродо. Ему мерещилось там слабое мерцание — или, быть может, его слепили слезы, когда он всматривался в это высокое каменистое место, где его жизнь разбилась в куски.
«Одно желание, одно-единственное, — он вздохнул. — Вернуться и найти его!» Потом повернулся к дороге и сделал несколько шагов вперед: самых тяжких и неохотных шагов за всю свою жизнь.
Лишь несколько шагов, а теперь еще несколько — и он спустится вниз, и никогда больше не увидит этого перевал… И тут вдруг ему послышались голоса. Он окаменел. Орочьи голоса. И впереди, и сзади. Шум топающих ног и дикие крики: орки подходили к Ущелью. Топающие ноги и шум позади. Сэм завертелся волчком. Увидел маленькие огоньки, факелы, мигающие у выхода из туннеля. Охота, наконец, кончается. Багровый глаз башни не был слеп. Его обнаружили.
Теперь мигание приближающихся факелов и лязг стали впереди были совсем близко. Еще немного — и достигнут вершины, и доберутся до него. Слишком он замешкался, решаясь — вот и поплатятся теперь. Как же ему спастись, уберечь себя, уберечь Кольцо?.. Кольцо. Он ни о чем не задумывался, ни на что не решался — просто понял вдруг, что вытянул цепочку и держит Кольцо в руке. Голова орочьего отряда вползла в Ущелье. Тогда он надел его.
Мир изменился, и каждый миг был заполнен часами раздумий. Сэм сразу понял, что слух обострился, тогда как зрение потускнело, но иначе, чем в логове Аракны. Тьмы не было — смутный сумрак; а сам он был один в сером неясном мире, как маленький твердый черный утес, и Кольцо, что оттягивало левую руку, было подобно кругу горячего золота. И он вовсе не чувствовал себя невидимым — жутко, невероятно видимым был он, и знал, что где-то Глаз ищет его.
Он слышал хруст камней и бормотание воды в Моргульской Долине, а внизу под скалой — кипящее страдание Аракны, ощупью втиснувшейся в какую — то темную дыру; и голоса в крепостных башнях; и вопли орков, когда те выходили из туннеля; и оглушительно гремящий в ушах грохот ног и звон орочьего оружия. Сэм пристыл к скале. Но они шли, как отряд призраков, серые расплывчатые тени во тьме — тени страха с блеклыми огнями в лапах. Они проходили мимо. Он съежился, пытаясь заползти в какую-нибудь щель и укрыться там.
Он слушал. Орки, вышедшие из туннеля, и другие, те, что спускались, заметили друг друга, и оба отряда торопились и орали. Он ясно слышал всех и понимал, что они говорят. Возможно, Кольцо давало понимание языков или просто понимание слуг того, кто его создал, — Саурона, так что он, спрятавшись, мог читать их мысли. Конечно, сила Кольца возросла стократ, когда оно вернулось туда, где было отковано; но одной вещи оно не могло даровать — мужества. Сейчас Сэм думал только, как бы схорониться получше, перележать всю эту кутерьму; и слушал он с тревогой. Он не мог бы сказать, близко голоса или далеко; слова, казалось, звучали прямо в его ушах.
— О-ла-ла! Горбаг! Что ты тут делаешь? Уже устал от войны?
— Приказ, увалень ты этакий. А сам ты что тут делаешь, Шаграт? Устал сидеть в башенной засаде? Думаешь, как бы удрать на войну?
— Приказы — для тебя. Я командую перевалом. Так что будь повежливей. Что ты можешь доложить?
— Ничего.
— Хэй! Хэй! Йой-и!!! — вопль ворвался в разговор вожаков. Задние орки что-то углядели. Помчались туда. А за ними все остальные.
— Хай! Хэй! Од-ла! Здесь что-то есть!.. Прямо на дороге!.. Шпион, шпион!
Донесся ворчливый посвист рожков и галдеж лающих голосов.
Сэм мигом забыл, что надо прятаться. Они увидели хозяина. Что они станут делать? От рассказов, которые ему доводилось слышать про орков, кровь стыла в жилах. Это было невыносимо. Он вскочил. Он отбросил все решения и сомнения. И страх заодно. Теперь он знал, где его место: рядом с хозяином, хоть и неясно было, что он сможет там сделать. Он опрометью бросился назад, вниз по ступенькам, вниз по тропе — к Фродо.
