– Фангорн, Финглас, Фладриф, так, так… Ох! Вся беда в том, что нас — раз–два и обчелся. — Тяжело вздохнув, он повернулся к хоббитам. — Нас, энтов–старожилов, бродивших по лесам еще до наступления Великой Тьмы, осталось всего трое: я — Фангорн, потом Финглас, да еще Фладриф, как нас величали эльфы. На вашем языке Фингласа и Фладрифа, наверное, звали бы Кудролист и Живокор. Но Кудролист и Живокор для нашего дела не годятся. Кудролист в последнее время спит без просыпу и с виду стал совсем как дерево. Он привык целыми днями дремать на краю леса в одиночестве, по колено в траве, и за целое лето, бывает, так и не стронется с места. Зарос листьями, опустился… Раньше он хоть на зиму просыпался, но теперь его и зимой не расшевелишь на дальнее путешествие… Живокор? Когда–то он жил на горных склонах к западу от Исенгарда. Тамошним деревьям пришлось хуже всего. Сам Живокор был тяжело ранен, а большинство его подопечных — убито и предано огню. Погибли и деревья, и пастухи… Тогда Живокор ушел к вершинам, туда, где растут милые его сердцу березы, и спуститься его не заставит уже ничто. Попытаюсь уговорить молодежь, если только удастся объяснить им, как все это важно. Нашего брата не так–то легко растолкать: мы спешить не любим. Как жаль, как жаль, что нас так непростительно мало!
– Но почему же вас мало, если вы так давно живете в этом лесу? — удивился Пиппин. — Неужели столько умерло?
– Ох! Да нет же, — прогудел Древобород. — От хвори, сам по себе, у нас за все века никто еще не умер. Погибали — это да, было: за столько веков чего не случится! Многие погрузились в спячку… Впрочем, энтов никогда не было слишком много. Но главное — нас не прибывает. Нету молодых побегов, нету детишек, как сказали бы вы. Вот уже много, много веков, как у нас никто не рождается. Видите ли, мы потеряли своих жен.
– Вот беда–то! — огорчился Пиппин. — Отчего же они все поумирали?
– Они не умерли, — поправил Древобород. — Разве я сказал, что они умерли? Я сказал, что мы их потеряли, только и всего. Потеряли и с тех пор никак не найдем. — Он вздохнул. — Я думал, об этом знают все. Когда–то от Чернолесья до Гондора на всех языках слагали песни про энтов, которые обошли все Средьземелье в поисках своих жен. Не может быть, чтобы этих песен больше никто не пел!
– Боюсь, эти песни поют только по эту сторону Туманных Гор, потому что до Заселья не дошла ни одна, — развел руками Мерри. — Может, ты сам об этом расскажешь или споешь?
– Что ж, с превеликой охотой, — согласился Древобород, явно довольный просьбой. — Настоящего рассказа, конечно, не получится, но вкратце попробую, а потом — спать. Завтра мы держим совет, будет много работы, и, может статься, уже к вечеру энты выступят в поход.
