– С тобой разговаривать — все равно что в ступе воду толочь, — махнул рукой Сэм. — Иди–ка ты спать!
Пришлось раздобывать траву самому — благо далеко ходить не понадобилось, и Сэм запасся всем необходимым, не выпуская спящего Фродо из виду. Вернувшись, он сел и принялся задумчиво подбрасывать в огонь веточки, дожидаясь, пока закипит вода. День разгорался. Стало теплее. Роса на траве и листьях высохла. Вскоре разделанные кролики, сдобренные травами, переместились в котелки. Варево шипело и скворчало, время тянулось медленно, и Сэм едва не заснул. Не меньше часа провел он у котелка, то и дело проверяя вилкой, не сварилось ли мясо, и пробуя бульон.
Когда все было готово, Сэм снял котелки с огня, а сам тихонько подобрался к хозяину. Фродо приоткрыл глаза, увидел над собой Сэма и проснулся окончательно, тщетно припоминая последний из приснившихся ему снов — такой же мирный и ласковый, как и все предыдущие.
– Привет, Сэм! — сказал он. — Ты почему не отдыхаешь? Что–нибудь не так? Сколько времени?
– Да уже часа два как рассвело! По засельскому счету, наверное, этак полдевятого. Все в порядке, но не совсем, потому что у меня нет заправки — ни картошки, ни лука. Я приготовил горячего мясца с бульоном. Это вас подкрепит, господин Фродо. Только пить придется из кружки или прямо из котелка, когда остынет. Такая жалость — не захватил тарелок!
Фродо зевнул и потянулся.
– Ты должен был поспать, Сэм, — сказал он укоризненно. — И костер здесь жечь опасно. Хотя проголодался я, конечно, изрядно… Мм! Это твоя стряпня так вкусно пахнет? Что это ты такое измыслил?
– Это подарочек от Смеагола, — объяснил Сэм. — Пара крольчат. Только, кажется, Смеагол уже раскаивается, что отдал их нам. И заправить было нечем — так, щепотка травок, и больше ничего.
Сэм и его хозяин уселись рядышком в гуще папоротников и принялись хлебать варево прямо из котелков, одалживая друг другу видавшие виды ложку и вилку. Кроме того, хоббиты поделили между собой кусочек эльфийского хлебца. Давненько не приходилось им так пировать!
– Эй, Голлум, — позвал Сэм, негромко свистнув. — Иди к нам! Еще есть время передумать! Здесь осталось немного косточек. Хочешь тушеной крольчатинки?
Молчание.
– Ну что ж, промышляет, наверное, на свою долю, — догадался Сэм. — И пусть его. Нам больше достанется.
– А потом тебе надо будет немного поспать, — напомнил Фродо.
– Только вы, пожалуйста, не засните, хозяин, — озабоченно попросил Сэм. — Все–таки я ему не доверяю! В нем до сих пор многовато от Вонючки — я имею в виду того, второго Голлума, который хуже. И этот второй набирает силу, помяните мое слово. Если бы он мог, он задушил бы меня не сходя с места. Не уживемся мы с ним, вот что. Не нравится Смеаголу Сэм, Сокровище мое, ох, не нравится!
Они доели варево, и Сэм спустился к ручью почистить котелки. Закончив работу, он встал и оглянулся на склон. В этот момент солнце, вынырнув из мглы, покрывавшей горные склоны — неизвестно, была ли то тень, дым или туман, — зажгло золотыми лучами деревья и поляны вокруг. Тут–то Сэм и заметил, что в небо поднимается тонкая, но очень хорошо заметная серо–голубая струйка дыма, пронизанная солнечными лучами. Дым шел из кустов выше по склону. Сэм с ужасом осознал, что дымит его костерок, который он позабыл загасить.
– Непорядок! Никогда бы не подумал, что будет так далеко видно! — пробормотал он и поспешил было назад, но по дороге остановился и прислушался. Почудилось или вправду кто–то свистнул? Может, незнакомая птица? Но если и впрямь свистели, то не оттуда, где оставался Фродо. Вот, опять! Но уже совсем с другой стороны! Сэм бросился наверх.
Оказалось, одна из маленьких веточек, догорев, подожгла папоротник, а от папоротника затлела трава на склоне. Хоббит в два счета затоптал остатки костра, разбросал угли, прикрыл кострище дерном и тишком пробрался обратно к Фродо.
– Слыхали? — озабоченно задышал он ему в ухо. — С одной стороны кто–то свистнул, а с другой, похоже, ответили. С минуту назад. Я, конечно, надеюсь, что это была птица, но больше похоже, что кто–то нарочно подражал птице! Боюсь и говорить, но мой костерок страшно раздымился! Если он кого привлек на нашу голову — никогда себе не прощу! Хотя, может, уже и прощать–то будет некому!
– Тс–с! — шепнул Фродо. — По–моему, там разговаривают.
Хоббиты мигом увязали котомки, готовясь, если понадобится, спасаться бегством, заползли поглубже в папоротник и замерли, прислушиваясь. Вне всяких сомнений, рядом переговаривались: вполголоса, украдкой, но совсем близко, более того — все ближе и ближе:
– Вот оно! Дым шел отсюда. Мы у цели! Верно, он скрылся в папоротниках. Возьмем его, как кролика из западни. Посмотрим, кто он таков и откуда!
– И вызнаем все, что можно!
С четырех сторон папоротниковых зарослей выросло по человеку. Бежать — некуда, прятаться дальше — бессмысленно. Фродо и Сэм вскочили, прижались друг к другу спинами и выхватили свои маленькие мечи.
