— Если бы ваш клиент не хранил у себя в гараже кокаин, он бы не оказался здесь!
Голос прокурора вырвал Александра из неожиданно нахлынувших на него розовато-молочным туманов воспоминаний, и, коротко оглянувшись на…
— А вот это еще надо доказать!
— Замолчали оба! — судья хлопнул ладонью по столу, заставив Александра и открывшую было снова рот прокурора тут же опешить и слегка отшатнуться, а затем махнул рукой от себя, будто прогонял их обоих. — И отошли за черту. Не надо на меня давить. — Он подождал, пока Александр и прокурор, недовольно переглянувшись, не отойдут за проведённую на полу линию, и продолжил: — Мисс Эдельштайн, халатность детектива Калверта имеет место быть. Вы не можете это отрицать. И не нужно возражать. Однако, мистер Куэрво, — судья посмотрел на Александра, — разбираться с этим мы будем на следующем заседании. А пока что я назначаю залог в пять миллионов долларов. — Молоточек с силой ударился по деревяшке, и до Алекандра тут же донеслось недовольное возмущения Алана. — Если ваш клиент сможет его выплатить, буду за него рад. Пока же он останется в окружной тюрьме. Поторопитесь, мистер Куэрво, если вы действительно так беспокоитесь о благополучии своего клиента. Заседание окончено!
Возмутить Александру попросту не дали. Подоспевший адвокат следующего подсудимого уверенно оттеснил Александра, и он едва успел собрать все свои документы в толстую папку, прежде чем двери зала заседаний захлопнулись перед его носом, а прокурор уже приступил к рассмотрению остальных дел. Что ж, в любом случае Алан Маккензи до сих пор был в тюрьме, что не могло не радовать, но взгляд, который тот бросил на Александра прежде чем скрыться за тяжёлой металлической дверью, неприятной болью отозвался в сросшейся руке и собравшихся по кусочкам нервах.
За спиной присвистнули, и чья-то ладонь заставила Алекса обернуться. Девушка. Темные волосы, голубые глаза, ямочки от улыбки и знакомое лицо, которое он уже где-то определённо видел. Кажется, она была его ровесницей, но в школе они определённо вместе не учились. Состроив непонимающее выражение лица и прищурившись, Александра тряхнул шапкой темных кудрей, давая понять, что неожиданно собеседница может продолжать вторжение в его личное пространство, если ей что-то нужно.
— Кого я вижу! — губы девушки растянулись в кривой усмешке. — Сам великий и неподражаемый Александр Куэрво. Что заставило тебя почтить нас своим присутствием? Не думала, что доживу до момента, когда увижу тебя в суде.
Маленький колокольчик уведомления в голове щёлкнул, и Александра сбило с ног последним воспоминанием из колледжа. Да, это точно была
— Мэделин! — Александр расплылся в ответной улыбке, раскрыв руки для объятий, но та только закатила глаза и махнула рукой, отказываясь. — Не думал, что в принципе тебя увижу. Живой. Последний раз, помнится, ты лежала среди кучи бессознательных и блюющих тел на выпускном. Как ты смогла оттуда выбраться?
Выражение лица девушки тут же скисло, и она тряхнула волосами, сдув несколько упавших на лицо прядей.
— Твоими молитвами, Александр. Твоими молитвам. Как видишь, прогрызла себе путь наверх. За тридцать восемь кусков в год. А ты, я погляжу, — она оценивающе осмотрела его, — все такой же мажор. Все на шее у родителей? Или… — короткий бросок взгляда на левую руку и разочарованный вздох, — а нет, кольца нет. Неужели никто не хочет брать такой кусок дерьма на свою шею?
— И я тебя обожаю, Мэделин. — Александр послал девушке воздушный поцелуй, опершись плечом на косяк дверей зала заседаний. — Надеюсь, мы никогда не встретимся в суде.
— Ой, да брось, Александр. В прокуратуре весело.
— Весело работать за три тысячи в месяц? — тёмная бровь вопросительно выгнулась, и Александр хмыкнул. — Спасибо, нет. Предпочту сидеть «на шее у родителей» и с партнёрами. Там платят лучше.
