…люди его отца. Александр видел их почти каждый день в родительском офисе фирмы, обедал и ужинал за одним столом на званых вечерах, а теперь смотрел на них, выкрашенных в серые цвета и тащащих несколько деревянных коробок в гараж мистера Маккензи.
— Нам нужно поговорить.
Стучаться в кабинет отца Александр не стал: влетел, распахнув дверь, и тут же рухнул на закряхтевшее под ним кресло. Диего только свёл к переносице брови, сжал длинными старческими пальцами-крюками бумажки и искоса уставился на сына.
— Если это может подождать до утра…
— Я видел запись, — перебил отца Алекс. — Гараж мистер Маккензи. Там было несколько твоих… знакомых. И те коробки. Думаю, ты и сам прекрасно помнишь, что в них обнаружили.
Диего промолчал. Он смотрел на сына не моргая, жевал нижнюю губу и растирал под пальцами зажатую в них бумагу. Возможно, Александру не стоило так резко нападать на него, но неожиданность совершенного открытия потрясла Александра Куэрво, как дубинка дикаря Колумба, как только тот высадился на берег. Неизбежно и неумолимо.
— Не понимаю, о чем ты, Александр, — наконец, спустя несколько минут напряженного молчания и переглядок, выдохнул Диего. — Советую тебе меньше работать допоздна. А то может еще что-то привидеться.
— Спасибо, но я в полном порядке. Я знаю, что я видел и чего я, — Александр осёкся и сжал пальцами подлокотники кресла, когда взгляд отца вцепился в него когтями орла, — не видел. Я не видел там мистера Маккензи. Я не видел, как он принимает заказа в обозначенное полицией время. Но я видел, — Александр подался вперёд, — твоих людей, отец. Наших людей, которые…
— Наших людей? — переспросил Диего, с особым напором выделив первое слово, чтобы даже Александру стало понятно, на что намекает отец. — И давно ли ты стал считать себя частью семьи? Помнится мне, ты только и делал, что отнекивался от всего, что мы с матерью пытались дать. То вместо изучения испанского шлялся по барам. То в гараже своём пропадаешь, ковыряясь в машине, как какой-то реднек23. То…
— Не думал, что моя любовь к автомобилям может заставить тебя считать, что я отрёкся от семьи. Разве не твой отец коллекционировал машины?
— Коллекционировать и выбираться из-под них перемазанный машинным маслом, гарью и грязью — немного разные вещи, Александр. Мы с матерью хотели дать тебе только лучшее.
— Вы мне его и дали! — щеки Александра вспыхнули, и он едва не подскочил на ноги, чтобы обиженно стукнуть кулаком по столу. — У меня есть перспективная работа, за которую хорошо платят. Я живу в доме, о котором только можно было мечтать, и я твой наследник. Так с чего бы тебе…
