Влюблённые полностью

«А ведь заманчиво звучит. Если ты умрёшь, я буду очень… — голос смолк на секунду, чтобы затем, расплывшись в невидимой ухмылке, добавить: — разочарован.»

«Мне показалось, я тебя раздражаю.»

«Конечно. Поэтому я просто не могу позволить тебе лишить меня возможности рассказывать глупые анекдоты и вспоминать всех твоих парней.»

Перспектива эта была весьма заманчивой, потому как и сама Эйлин никогда не была против перемыть косточки всем своим бывшим пассиям, но все же желание пожить еще немного пересиливало отсутствие денег на оплату услуг вампира и шевелящееся внутри к нему недоверие.

Сделав глубокий вдох, Эйлин кивнула сама себе и уверенно ответила в стену:

— Я согласна.

— Отлично! — Раздался хлопок, как от встречи двух ладоней в аплодисментах. — Жди. Лучше, конечно отползти к другой стене. Ради твой же безопасности. А то мало ли что. А я пока разберусь с первой частью нашей небольшой проблемы.

Назвать сложившуюся ситуацию небольшой проблемой у Эйлин Маккензи не поворачивался язык. И все же она отползла наощупь — светлячки неожиданно покинули ее в самый неподходящий момент, оставив в густой липкой темноте, — подальше от стены, разделявшей ее и камеру Феликса и входной двери, из-за которой через некоторое время раздались крики, боевой сигнал и забористая французская ругать.

«Полагаю, мы собираемся довериться этому… вампиру, потому что что?» — вежливо с сочащейся из каждого слова иронией поинтересовался голос.

«Потому что у нас нет другого выбора? Как же чешутся глаза, аргх…» — Эйлин прижала ладони к векам и с силой потёрла их.

Увы, от этого слизистая стала только сильней зудеть, доставляя болезненный дискомфорт и ощущение металлической пыли, осевшей на глазах.

«Смею предположить, что выбор есть всегда. Но не могу не согласиться с тем, что у нас его сейчас лишнего скорее всего не найдётся и придётся отдать себя на растерзание воле судьбы.»

«Ты просто мой внутренний голос, который может заткнуться в любую секунду…»

«Еще этот внутренний голос может петь песни, читать стихи на французском и задекламировать значение числа пи, если мадмуазель это, разумеется интересно. Иногда по выходным я даю бесплатные уроки вышивания или провожу сеанс психотерапии. Бывает очень полезно разобраться со своими внутренними тараканами, прежде чем выходить в свет и…»

Договорить голосу не дали. Несколько взрывов затрясли стены, и Эйлин вздрогнула, когда дверь с грохотом распахнулась и металлическим лязгом врезалась, кажется в стену. Лёгкий порыв ветра — и чужая рука уже схватила ее за запястье, поднимая на ноги и утягивая за собой.

— Бежим!

Феликс не дал Эйлин ни секунды, чтобы осмыслить происходящее. Она перебирала ногами, пытаясь успеть за его мельтешащей вперёд светлыми мотыльками макушкой. Он захлопнул дверь своей камеры за спиной Эйлин прямо перед носом подоспевшего подкрепления для охраны. Толчок в спину — и она уже летела вперёд головой в какой-то широкий тоннель. И наверняка успела показать Феликсу все, что могла, из-за идиотской больничной одежды.

К счастью, Феликс оказался слишком занят побегом, чтобы обратить внимание на внешний вид спутницы. По крайней мере Эйлин так себя успокаивала, едва успевая следить, куда на этот раз повернула белобрысая макушка пробравшегося вперёд вампира. В полумраке она светилась, как яркая неоновая лампочка, указывая Эйлин путь.

До поверхности они шли недолго — минут десять, за которые Маккензи успела пожалеть, что согласилась на это маленькое приключение. Ноги гудели, ступни ныли от впивающихся в кожу камней, и даже голос в голове не составлял ей в этот момент компанию. Он смолк, когда они проходили через небольшой грот, кивнув на водоём в котором, Феликс многозначительно прошептал Эйлин: «Тот самый», — и пока больше не объявлялся.

Казалось, у Феликса действительно все было продумано в его гениальном плане побега: точным ударом вышиб дверь, с хрустящим звуком ломающейся шеи обезвредил охрану и вытянул Эйлин на поверхность…

…оглушившую свежим запахом весны и фонтанов.