Голос ничего не ответил: многозначительно хмыкнул и замолчал.
Ответа не последовало.
Медленно поднявшись, Эйлин осторожно выглянула из-за мусорного контейнера. Как будто она действительно смогла бы увидеть приближающегося к ней стражника Ордена раньше, чем он достанет электрошок и угостит ее парочкой разрядов. К счастью, ни одного преследователя в переулке не оказалось — Эйлин обползла контейнер со стороны каменной стены дома и, рассеянно разгладив короткую больничную ночнушку, поёжилась. Все же для прогулки по городу стоило подобрать более подходящий наряд. К тому же с другого конца подворотни на неё накатил холодный ветер, тут же поднявший лёгкую ткань.
Голос в голове прыснул от смеха — Эйлин раздражённо шикнула на него и быстро засеменила по мощёной улочке, заглядывая в каждую арку внутренних дворов. Через несколько проёмов удача улыбнулась Маккензи: растянувшись между домами, несколько толстых верёвок поддерживали висящую на них одежду. Разглядеть, что именно сушили хозяева удалось только подойдя практически вплотную — Эйлин нащупала несколько длинных мокрых простыней, спрятавшись за ними, когда из черного хода показался, вероятно, один из жильцов. Вскочив на небольшой деревянный ящик, Эйлин замерла, задержав дыхание. Мужчины прошёл практически рядом с ней, несколько раз останавливался, харкнул на землю и громко выругался на кого-то в окне дома напротив. Простынь колыхалась перед лицом Эйлин, ударяя по лицу, но пошевелиться себе Маккензи позволила, только когда калитка захлопнулась и с той стороны раздался щелчок закрывающегося замка.
Холодный пот прошиб Эйлин — калитка захлопнулась. Та самая калитка, через которую она сюда попала. Вырезанная в каменной стене калитка, преодолеть которую можно было бы только вырыв под ней проход — и то, Эйлин не была уверена, что на пути не возникнет бетонных заливок или древних кладок.
Соскочив с деревянного ящика, она заметалась по двору, ощупывая каждую висящую вещь. Увы, почти все было только постиранным, кроме темно-синего спортивного костюма. Мужского спортивного костюма, оказавшегося Эйлин на несколько размеров больше. Он даже на ощупь был похож на спортивный костюм. И все же это было лучше, чем тонкая больничная одежда, пользы от которой было не больше, чем от фиговых листов на картинах Эпохи Возрождения. Фантазия выкручивалась на максимум, а практичность стремилась к нулю.
Водрузив на голову еще и небольшую кепку, Эйлин подлетела к захлопнувшейся калитке. Маленькие светлячки снова не хотели ей ничего показывать, кроме собственных светлых рук и белых стен вокруг. Эйлин чувствовала под пальцами решётку и замок, но не видела их, как бы не щурила чешущиеся глаза. Наконец, она раздражённо вскрикнула и пнула ногой калитку, о чем тут же пожалела: большой палец заныл, и Эйлин осела на землю, прикусив щеку от боли.
