Вот только Уильям не слышал ни слова из его новой речи. Эйдан открывал рот, но вместо слов из него вылетало бульканье. Воздух вырывался сквозь его губы пузырьками и всплывал, взрываясь у самого носа запахом чесночного соуса. Некоторые из элементалистов подались вперёд, проглатывая каждое слово Эйдана. Уиллу же только оставалось догадываться, о чем сейчас им вещает мессия48. Купол, опустившийся на Уильяма, кажется, настиг не только его одного, но и всех коллег: Саша растерянно вертела головой, шипела, задевая макушкой мокрые острые камни, и чертыхалась, Андрэ постукивал себя по уху, как если бы у него были вставлены беспроводные наушники — чего Уилл не мог с уверенностью хирурга отрицать, — а Шарль хмурился и спешно раздавал жестами указания охотникам за спиной.
Купол тяжелел. Он давил, вминал барабанные перепонки тяжёлыми подушками. Голова Уилла пульсировала, наливалась свинцом и гудела, как трубы отплывающего парохода.
…а затем пузырь лопнул, оставив после себя звон в барабанных перепонках и писк не выключенного старого телевизора.
— Одумайтесь, — один из элементалистов из первого ряда вскочил; его глаза закатились, так что видны остались только белки, — и покайтесь!
Градус пафоса в его голосе, словах и позе: горделиво поднятый подбородок, вытянутая вперёд дрожащая рука и медленные неуверенные шаги, — не оставляли выглянувшему из засады Уильяму сомнений в том, кто был причастен к происходящему. И отчасти это вселяло маленькую надежду на успех спонтанного набега Ордена на местных элементалистов, потому как внезапно все внимание оказалось приковано к одному единственному человеку в центре зала. Даже Эйдан с интересом рассматривал выступившего на импровизированную арену элементалиста с землистого цвета волосами, неспешно обходя его кругом.
— Смерть, — прошипел голос в горле элементалиста, механический и безжизненный, как испорченная пластинка на старом граммофоне. — Вас всех ждёт смерть! — Юноша трясущейся рукой указал на сидящих перед собой людей и качнулся вперёд, заставив их отпрянуть от себя. — Совсем скоро она ступит на ваш порог. Заберёт каждого, кто был вам дорог и поглотит без остатка. Покайтесь в своих грехах, пока не поздно. Тьма в ваших душах рядом, она витает вокруг вас и жаждет насытиться, поглотить вас без остатка.
Он продолжал свой медленный импровизированный крестовый поход, не замечая, как Эйдан повторяет его движения, все время оказываясь у элементалиста за спиной.
— Покайтесь и примите прощение за свои проступки, ибо бог все видит. Он милосерден и, — элементалист зашёлся кашлем, едва не заставив Уилла закатить глаза с такой же силой, что и этот несчастный, — добр к каждой заблудшей душе. Примите его в свои сердца, а инач…
Слова булькнули у него в груди, глаза вернулись в нормальное состояние, и голова медленно опустилась, капая на выглядывающую из груди чужую руку толстыми жирными каплями крови. Багровая струйка из уголка губ очертила квадратный подбородок, собираясь на одном из раздвоенных бугров. Не верящее выражение лица было искренним, но смотреть на него долго Уильям не смог — тут же переключив все внимание на зияющую в груди элементалиста дыру. Накренившись, мужчина рухнул ничком на землю, откуда его тут же спешно утащило несколько человек в серых балахонах.
Совсем таких же, что Уилл видел в Ордене.
— Какой печальный конец. Продолжение вы узнаете в следующей главе, — со скучающим видом протянул Эйдан, отирая с руки кровь протянутым носовым платком.
Сердце с характерным звуком влажной свежей плоти плюхнулось у его ног, пачкаясь в песке, еще слегка бьющееся и булькающее кровью, и Эйдан, бросив на него короткий взгляд, пнул ненужный орган в сторону кучки молодых девиц.
— А теперь, — он широко улыбнулся, — у нас гости. Обеспечьте им самый лучший приём. Как мы и планировали.
— Это ловушка, — спешно пробормотал Уилл…
…но было уже поздно.
Крики раздались сразу с нескольких сторон. В центр зала тут же полетели яркие вспышки молний от оружия ворвавшихся внутрь охотников, которые впрочем задевали все, что могли, кроме Эйдана. Он продолжал стоять, методично, с видом умудрённого опытом врача, оттирая с пальцев кровь. Шарль закряхтел и ползком попятился: охотников-телохранителей за ним уже не было, — а вслед за ним исчезла и Саша, оставив Уилла один на один с направленными на себя несколькими парами глаз элементалистов.
Выбраться из узкого прохода оказалось легче, чем прорваться сквозь ряды разъярённых людей. Рухнув на землю наверно где-то с высоты в два метра, Уилл едва смог подняться на ноги. Его толкали, пинали, оттесняли к стене и придавливали своими телами. Кости хрустели, ребра врезались в лёгкие, и сделать вдох было практически невозможно. Уильям был окружён, и несколько десятков чужих рук уже тянулись к нему, хватали за волосы и оттягивали голову назад. В одной из кистей что-то блеснуло, напомнив нож, и кадык Уилла дёрнулся — это было не самым лучшим завершением выходных.
