Сладко потянувшись, встречаюсь глазами с ним. Его — такие чистые, синие. И мои — мутные, кофейные. Я плохо спал сегодня, а уже почти рассвет. Организм бунтует.
— Ложись спать, Жень, — мягко прошу. Я так ни с кем никогда не разговаривал. Не считая близких, очень близких для меня людей. А их единицы.
— Я могу поспать дома.
Сжимаю челюсть, сильно, до скрежета зубов. Сдавливаю руки в кулаки до хруста костей. На пару секунд смыкаю веки, чтобы скрыть вспыхнувшую ярость и безнадежность.
Почему? Почему он так хочет уйти? Тогда, когда настолько сильно нужен… Когда сделал меня зависимым. Приручил, сам того не ведая. Содрал мою скорлупу, раскрошил, разрушил. Вот он я настоящий. Уязвимый. Испуганный. Ждущий…
— Пожалуйста, — с нажимом. Голос предательски дрогнул. Руки чуть расслабились. Глаза потеплели.
Встает. Идет к дверям? Сам не ожидая от себя такого, приподнимаюсь… и приоткрываю рот…
— Я только выключить свет, — спокойно. Нежно?
Неужели моя обреченность настолько заметна? Или он стал понимать меня без слов? Хорошо ли это? Я так не думаю… Это пиздец как пугает.
Ложусь обратно, слегка хмурясь. Кровать огромная, тут может и четыре человека лечь, не соприкасаясь. Щелчок. И тьма…
Легкие шаги. Звук шелеста покрывала, и кровать прогибается под его весом.
Он рядом. Он со мной. В моей постели. Боже…
За окном сопливая погода. Мелкие капли звонко бьются по железному карнизу… Погода прямо под мое душевное состояние.
Окно открыто на проветривание, и, пролежав так с полчаса, я замерз, по правде говоря. И судя по неспокойному дыханию Жени, он не спал. Да и как заснуть тут, когда напряжение электричеством в воздухе. Осязаемое.
Привстаю и пытаюсь вытянуть одеяло из-под наших тел, заставляя его перекатиться к себе поближе. Точнее, он мог бы в противоположную сторону сдвинуться… Но мне повезло. Либо он сам этого хотел.
Заботливо укрываю его, видя лишь его силуэт. Ложусь обратно, натягивая одеяло до ушей…
Меня знобит. И непонятно — от ситуации или оттого, что я простывать начинаю.
— Холодно.
Он сказал это настолько тихо, что я сразу подумал, может, мне и вовсе показалось, но когда он придвинулся вплотную, соприкасаясь со мной, я понял, что идиот… Глухой. Тупой кретин. Господи, я после сегодняшнего дня себя ненавижу.
Оно ведь так просто — протянуть руку и обнять его. Прижать к себе. Тем более темно. Не так страшно…
Но у нас как в шахматах. Шаги делаем поочередно. Я первый отобрал его сигарету. Он после ответил тем же, но чуть более чувственно. Я коснулся его, дышал им. Гладил теплую ладонь. А сейчас чувствую его прохладную ладонь на своей груди. Да у меня сейчас сердце выскочит нахрен!
Аккуратно просовываю руку под его шею, ложусь на бок и обнимаю. Чудесно… Я не перестану восторгаться его запахом. Его длинными пшеничными волосами. Жаль, что глаз не видно. Зато чувствую его дыхание всего в паре сантиметров от моих губ. И я бы поцеловал его, честно. Но вспоминая, чьи губы сегодня касались меня, чувствую себя, как грязная последняя сволочь.
И я не могу позволить себе замарать его. Не сегодня… не сейчас, по крайней мере. Мне слишком стыдно.
И когда он успел гребанную резинку натянуть? Стягиваю ее медленно. Отбрасываю в сторону, слыша тихий смешок. Его это забавляет? Вот же…
— Если я ее завтра не найду… — якобы зловещий шепот. Но теплые потоки воздуха ласкают мои губы. Это очень приятно.
— Я куплю тебе новую или у сестры возьму, — закатываю глаза, но улыбка предательски приклеилась к устам.
— Какая щедрость, — он что, ехидничает? Вот так, лежа в моих объятиях, эта мелкая пиявка ерничает.
— Спи…
Нырнув рукой под его майку, глажу крепкую спину. Кончиками пальцев, от предплечья до лопаток. Второй рукой обнимаю за поясницу. Рука горит от контакта с его кожей. Дышать тяжело от его близости. Бля…
Движение — и он уже прижат ко мне плотнее. Рваный вдох. Нервный. Он что-то сделать хочет? Или это я выискиваю в обычных обыденных моментах подтекст? Ну, вздохнул и вздохн…
Его губы накрывают мои. Гладкие. Теплые. Сладкие от сока. А у меня крыша уже отъехала…
Он не давит. Не пытается проникнуть в мой рот. Просто ласкает мягкими губами мои. Почти невесомо, так нежно… Будоражаще. Поцелуй такой целомудренный, не переходящий черты… Словно он боится спугнуть меня? Пока я тут размышляю, баран, он отстраняется… Блять, ну что я за кусок идиота?
— Эй, — пытаюсь слабо возмутиться. Прижимаю лишь сильнее. Запускаю пальцы в его волосы. Как же я этого хотел…
— Что?
Голос обиженный? Трудно ответить. Я плохо его знаю… И я вообще без понятия, что сказать в ответ.
Носы соприкасаются самыми кончиками. Нежно. Чувственно. Такой милый момент. Заполняющий теплом изнутри. Надеждой.
Моя ладонь нежно массирует кожу его головы на затылке, пропуская сквозь пальцы шелковистые пряди.
— Поцелуй меня…
Отключаю вопящий мозг. Склоняю голову в сторону, прикасаясь к его рту. Ждущему. Провожу кончиком языка по нижней губе, чувствую легкую дрожь его тела, прижатого ко мне. Повторяю манипуляцию с верхней. Не хочу спешить. Хочу насладиться поцелуем в полной мере. Неспешно, тягуче сладко.
