И тут же он ощутил Силу Бога — Габриэля, — откуда-то издалека он поддерживал своего младшего брата своей верой.
Дженим горделиво вскинул голову, и в ту же секунду у него за спиной выросли два огромных крыла, означавших его второй лик среди ангелов. Сосуд, в котором его держали, лопнул, и прекрасные крылья распрямились. Его волосы в мгновенье выросли и каштановыми волнами упали на плечи. Глаза приняли небесный нежно-голубой оттенок. Теперь он снова стал Ишимом. Внезапно он почувствовал, как маленькими ручейками сила душ всех погибших в этой войне ангелов стала вливаться в его вены, придавая ему новую, ещё неизведанную мощь. А вместе с приливом силы добра и справедливости душ его собратьев его крылья начали менять свой цвет, и в конце они стали просто ослепительно белыми, от них теперь исходило неописуемо-яркое божественное сияние. Ишим издал призывный клич, заставив всех замереть и обратить на него свои взоры.
— Ишим… — выдохнул Михаил и, словно не веря в то, что видит, заворожённо прошептал: — Ты явил Лик Власти…
— Лик Власти! Лик Власти! — громко подхватили ангелы, и Ишим заметил, как к нему на подмогу стремится Сихаил.
Объединённые Власть и Справедливость Бога — были силой, которая могла без кровопролития укротить восставших демонов. Ангелы победно ликовали, а демоны злобно скалились. Теперь их вновь загонят в Геенну.
Ишим медленно повернул голову и посмотрел в глаза своему любимому. Он не сомневался, что всё сделал правильно, но одна-единственная слеза сожаления всё-таки скатилась по его щеке. Люцифер остолбенел. Он смотрел на этого мальчика, от которого сейчас исходила удивительная сила и мощь, и не мог сдержать своих эмоций. Нежный, почти тот же, что двадцать тысяч лет назад… Теперь эта душа вновь притягивала его. Прямо как тогда… Даже больше.
— Убирайтесь, — зашипел возрождённый ангел. — Вы столько натворили…
— Ишим, — прошептал Люцифер и не в силах совладать с собой, бросившись к нему, обнял ангела, нежно прикасаясь к его мягким крыльям. — Ты прекрасен… Ты вернулся, мой Ишим…
— С сегодняшнего дня Фиоре закрыта для вас, — жёстко продолжил Ишим, будто не замечая объятий Люцифера и не отвечая на них. — Любой нарушивший мой запрет будет наказан! Метатрон будет показывать мне, чем вы занимаетесь. Отец больше не собирается закрывать глаза на ваши грехи!
Его голос срывался на крик, распространявшийся повсюду божественной вибрацией, и те, чей ранг был ниже высшего, пали на колени. Ишим взмахнул правым крылом и из него выпорхнули два прекрасных серафима. Они были разгневаны и презрительно смотрели на Люцифера, который не выпускал из своих объятий Ишима.
— Вы вновь нарушили законы Отца, — произнёс один из серафимов. Он не раскрывал рта, но его прекрасный голос, будто звучал в самой душе. — Он опечален вашими действиями…
— …Он вернул на службу ангела, которому обещал успокоение, потому что никто из вас не слышал Его голоса… — подхватил второй.
— …Ему пришлось нарушить обещание данное ангелу Ишиму…
— …Потому что вы не знаете, что значит любить и слушать…
— …Вы убивали существ, которых любите…
— …Вы не достойны прощения…
— …Никто из вас!..
— Погодите же! — прервал их Ишим. — Это не вам решать, ясно? Вы созданы любить Отца, так выполняйте же своё предназначение. Не смейте диктовать свои правила, а тем более вещать за Отца — он любит всех нас, а значит надежда на Его прощение есть всегда!
— Если ты получил второй лик… — гневно сверкнул глазами первый серафим.
— …Это не значит, что ты теперь выше нас… — немедленно продолжил второй.
— Это наши проблемы, — появился из неоткуда Михаил и, став рядом с только что подоспевшим Сихаилом, заслонил собой Ишима. — Зачем вы пришли?
— Мы пришли всё исправить.
— Каким это образом? — недовольно пробурчал Ишим.
— Мы восстановим Фиоре. Только если ты, Власть, выполнишь своё обещание никогда не пускать сюда ни ангелов, ни демонов.
— Хорошо, — согласно кивнул Ишим. — Этот мир отныне будет только под опекой самого Отца.
— И восстановите также Геенну и Эдем, — хмуро добавил Михаил. — Мы-то, по-вашему, куда должны деться?
***
Маммон сидел под высоким деревом и обнимал Габриэля. Отныне Михаил разрешил ему приходить в Эдем раз в двадцать земных лет. Для смертного это много, для влюблённого — целая вечность, — но демон не жаловался. Он был благодарен за такой широкий жест со стороны Старшего ангела.
В своё время, увидев в Эдеме Маммона без крыльев, Габриэль сильно испугался за свою пару, ведь тот был весь в чёрной крови, а рана на спине затягивалась очень медленно. Тогда он и понял, что Дженим не просто потомок ангела, а душа одного из их братьев.
