Мы погружаемся в комфортную тишину, признание своих слабостей – это наше извинение.
– С отцом все будет хорошо? – наконец спрашивает Риггс.
Я закрываю глаза на мгновение, а затем вскакиваю на Риггса, садясь на него верхом. Он радостно смеется, пока мы целуемся.
– Думаю, мы уже наговорились, – шепчу я ему в губы.
– Разве?
Я скольжу вниз по его телу, прокладывая дорожку из поцелуев и не отрывая от него взгляда.
– Хочешь еще поболтать? – спрашиваю, поднося кончик его члена ко рту.
– Нет. Точно нет, черт подери.
На экране появляется лицо Риггса с его привлекательной улыбкой.
– Привет всем. – Он отдает честь. – Мы снова в игре «Я козел или красавчик». Знаю, на прошлой неделе мы публиковали только вопросы-ответы по гонке, но ваши мольбы были услышаны. Так что… возвращаемся к нашей обычной программе.
Он немного меняет угол телефона.
– Этот вопрос от человека с ником «Гаечка». Кстати, крутой ник, чувак. – Риггс поднимает большой палец, пока я настороженно смотрю на экран телефона.
Если этот пост посвящен не мне, тогда я не знаю, что Риггс задумал.
– Вопрос Гаечки звучит так: «Привет, Риггс. Я – козел, если наврал своим друзьям, что должен пойти на рабочее мероприятие, когда на самом деле просто хочу провести время со своей девушкой?»
И когда Риггс с ухмылкой смотрит в камеру, мне кажется, он видит меня и мою глупую улыбочку на губах.
– Что ты вообще про это думаешь? – спрашиваю я Ари, поднимая руку, чтобы поблагодарить стюардессу за мой напиток.
Мы направляемся на Гран-при Сингапура, и частный самолет, который предоставляет «Моретти» своим пилотам для путешествий, – просто обалденный, как и говорил Эндрю.
Он сидит и ухмыляется мне с другого конца самолета, видимо потому, что насладился предоставляемым сервисом больше, чем следует – кажется со стюардессой по имени Саванна.
– Ты не можешь говорить, да?
– Нет.
– Рядом с тобой посторонние?
– Да. Ты угадал, – отвечаю я, пытаясь не выдавать, что мы обсуждаем личные дела.
– Так, у Максима есть пара недель. К следующему месяцу он хочет вернуться – в Катар или Остин. Суть в том, что он чувствует некую угрозу из-за твоих успехов. Хочет вернуться и отвоевать свое место, прежде чем ты его отнимешь окончательно.
Мое сердце сжимается от гордости, страха, неопределенности и здоровой доли паники.
– И что с того?
– Что это значит для тебя?
– Верно.
– Честно говоря, не знаю. Есть несколько сценариев. Моретти может уволить тебя, ты вернешься в «СтарВан Рейсинг» и будешь ждать окончания сезона с надеждой, что тебя примут обратно. Или Моретти уволит тебя, но уже другая команда возьмет тебя к себе. Или… Моретти оставляет тебя. Либо в качестве второго пилота, потому что они не уверены, что Максим полностью здоров, либо в качестве резервного гонщика.
– Первый сценарий можно убрать.
– Нужно быть реалистом…
– Я реалист. Моя работа говорит сама за себя.
Эндрю взглянул на меня, и его кивок говорит о том, что даже он согласен с моими словами.
Между гонщиками есть негласный кодекс. Мы не говорим гадости друг о друге. Мы можем недолюбливать друг друга, иметь напряженные отношения, но все это мы держим при себе. Внутренние конфликты мешают спорту. А унижение других пилотов и того хуже. Его фанаты тебе этого не простят.
– Это так, – говорит Ари, возвращая меня к разговору. – Но в начале каждого сезона только двадцать мест. Редко команды увольняют гонщиков в середине сезона… но такое бывает.
– Ясно. – Это все, что я могу сказать.
– Я за тебя борюсь. Просто знай, что я всегда за тебя.
– Спасибо.
– И не удивляйся, если скоро увидишь меня на трибуне.
– Тебя? Ты серьезно? Ты же мистер-всегда-важный-и-занятой.
– Просто ты на первых местах в списке моих приоритетов, Риггс.
– Спасибо, брат.
– Мы сделаем все, что в наших силах, чтобы ты остался с Моретти.
Я заканчиваю звонок, откидываюсь назад, закрываю глаза и вздыхаю.
Два предупреждения.
Два чертовых предупреждения.
Что, если я снова что-то испорчу и получу третье?
– Команды тебя любят, чувак, – говорит Эндрю и ждет, когда я встречусь с ним взглядом. – Слышал, им нравится твое упорство и навыки. Все образуется, Риггс. Просто держись.
– Спасибо. Я ценю твою поддержку.
– Ты это заслужил, безусловно. И я не единственный, кто это видит.
Надеюсь, что так и есть.
Очень надеюсь.
Я ужасно нервничаю.
Никак не ожидала, что буду так нервничать, когда сидела на последней гонке в Сингапуре, и мне пришла в голову идея для сегодняшнего приключения.
Идея, которая была совершенно неожиданной, но казалась абсолютно правильной. Всегда будет еще один прием, а вот другого шанса отвлечь Риггса, дать ему время на то, чтобы немного отдохнуть от всего напряжения, связанного с предстоящей гонкой в Японии, может не представиться.
