Вне досягаемости полностью

– Едва ли существует время, когда травма пилота уместна, но сейчас особенно дерьмовое для этого время. Нас застали врасплох. Пашми подписался…

– Это наш запасной пилот, да?

Он кивает.

– Да. Для него это на пользу. Он подписал полный контракт. Но для нас это плохо, так как это произошло на прошлой неделе, а мы еще не успели заполнить вакансию.

– Значит, тебе пришлось пошопиться, – говорю я понятным мне языком.

– Верно.

– В «Формуле‐2» или ты нашел кого-то из запасных пилотов других команд? – спрашиваю я. Поскольку пилоты могут менять команды, а команды могут расторгать контракты в любой момент, мне любопытно, что папа задумал.

– Мы пригласили пилота из «Формулы‐2».

– Оу. – Это не то, что я ожидала от него услышать. – А это не скоропалительное решение? У нас нет столько времени, чтобы ждать, пока какой-то новичок получит суперлицензию. Приспособится. Изучит болид.

– Он знаком с «Формулой‐1», и у него есть лицензия. Он посещает регулярные пятничные тренировки со своей нынешней командой.

Господи.

– Так это значит, что он даже не запасной пилот?

Если бы он выигрывал чемпионаты, то наверняка был бы где-нибудь запасным пилотом.

– Мне он нравится.

Класс. А мне вот уже не нравится это решение.

– И как же можно случайно наткнуться на болид «Формулы‐1», чтобы потренироваться в нем? Звучит как-то странно, если спросишь меня.

– Или целеустремленно.

Я смотрю, как отец занимается своими делами, печатая на ноутбуке, как будто этот разговор не имеет такого уж серьезного значения.

– Пап.

– Хм?

Я жду, когда он поднимет глаза.

– Вот почему мы проигрываем. Мы берем первого попавшегося пилота средней квалификации.

Он улыбается – медленно и уверенно. В его голосе слышится нотка удивления.

– Неужто будем бодаться с тобой в первый же день, Камилла?

– Разве не для этого ты пригласил меня сюда? Чтобы учиться? Задавать вопросы? Попытаться улучшить то, что у нас уже есть?

– Так и есть, да, – медленно кивает он. – Но еще и для того, чтобы сидеть и слушать. Трудно учить, когда тебя осуждают.

Ну что ж, ладно. Работа на него может оказаться сложнее, чем я думала.

– Как его зовут? – спрашиваю.

– Спенсер Риггс. Уверен, ты о нем слышала.

– Пап, за последнюю неделю, пока я собирала вещи, у меня едва хватило времени познакомиться с пилотами нашей команды, не говоря уже о том, чтобы изучать пилотов «Формулы‐2», которых я никогда и не планировала узнавать.

– Понял, – говорит он, и его улыбка становится шире. – Я думаю, этот парень тебе понравится.

– С чего бы? Потому что он хороший пилот или потому что он очаровал тебя? – Папа бросает на меня взгляд, мол, поосторожнее. Я поднимаю руки в знак капитуляции. – Это вполне обоснованный вопрос.

– У него настоящий талант, Камилла. В этом году у него лучшее время прохождения круга в «Формуле‐2». Хорошо финиширует. Слышал, он отлично ладит со своей командой. – Отец качает головой из стороны в сторону, как будто что-то обдумывает. – Кроме того, я думаю, тебе он придется по душе.

– Угу. И почему же?

– Он не шарахается от камеры. Любит внимание.

– Что ж, будем надеяться, что он и от подиума шарахаться не будет.

– Забавно, – говорит он, и я улыбаюсь, напряжение между нами спадает. – Я серьезно. Камера его любит, в нем есть определенная харизма, которая, как мне кажется, тебе понравится. Он симпатичный. У него много поклонников, а это полезно для маркетинга. По крайней мере, так Элиза говорит.

Элиза. Я ломаю голову, пытаясь сопоставить имя с лицом. Моя новая правая рука.

Точно. Элиза Коддингтон.

По крайней мере, у нее есть мнение, которым она не боится делиться. Я полностью за подобное поведение.

– Что ж, это плюс, – говорю я. – Какой у него рекорд в «Формуле‐2»?

Отец лишь кривит губы.

– Пап? – То, что он не отвечает, это уже ответ. – Это та часть, где я говорю тебе, что ты сходишь с ума. Тебе не кажется, что это серьезная проблема?

– Конечно, говори честно, – усмехается он.

– Я думала, мы обо всем договорились, поэтому ты и пригласил меня на борт. Свежий взгляд. Новые подходы. Откровенные мнения.

– Совершенно верно. – Наши глаза встречаются, и его улыбка наполняет меня гордостью. Он откидывается назад и сцепляет пальцы за головой. – Что ж, посмотрим. Спенсер Риггс. За последние два года он пять раз был на первой позиции на старте.

– А сколько побед? – спрашиваю я.

Победы – это все в этом спорте. Победы приносят очки. А очки жизненно важны для спонсирования.

Но мой отец просто поднимает палец, чтобы угомонить меня и продолжить свою речь:

– Этот парень рожден для спорта. Знает каждый аспект трассы как свои пять пальцев. Обладает глубокими инженерными знаниями, превосходной реакцией и удивительной способностью приспосабливаться к различным условиям. Он первым приезжает на трассу каждые выходные и последним покидает ее. После заезда он всегда просматривает записи, чтобы понять, что он сделал не так и, как может добиться большего успеха.

– Ты все еще не ответил на мой вопрос, – говорю я, но не сбрасываю со счетов те качества, что он перечислил.

– Он профессионал как на трассе, так и за ее пределами и знает, что команда всегда на первом месте.