Я смотрю на Круза Наварро с его самодовольной улыбкой и поднимаю средний палец. Я знаком с этим придурком с того самого дня, как начал увлекаться картингом. Он появился с полным прицепом запасных частей и классной тачкой – настоящий сын наследника «Формулы‐1», в отличие от меня, – но мы всегда с ним были хорошими друзьями. Каждый день мы не общаемся, но когда случай нас сводит, кажется, что мы и не расходились.
– Не отчаянно. Они просто знают, какими ресурсами обладают и хотят использовать все, что возможно, – отвечаю я.
– Похоже на то, что я сделал прошлой ночью. Использовал все свои ресурсы, пока с цыпочкой кувыркался. – Круз подмигивает, и я снова поднимаю средний палец. – Что? Не строй из себя невинного. Мы оба знаем, что у тебя было много шансов повеселиться с тех пор, как ты поменял работу. Черт, я видел тебя в Монреале. Девчонки на трассе просто вились вокруг тебя, как вокруг новой игрушки. Из штанов готовы выпрыгнуть, лишь бы ты взял их номер.
– Возможно. – Я скромно пожимаю плечами, хотя моя ухмылка буквально кричит о том, что несколькими номерами я таки воспользовался.
Однако, это просто маска.
В этом ведь весь смысл, да? Я действительно не использовал представившиеся возможности и хотя могу убедить себя в том, что сосредоточен на карьере и стремлении сделать себе имя, от правды убежать вряд ли получится.
Есть одна женщина, которая заняла все мои мысли.
– Знаешь, среди элиты порой бывает ох как не просто. Может тебе вернуться в «Ф2»?
– Пошел к черту. Люблю тебя, но пошел к черту.
Наварро хохочет и хлопает меня по спине.
– Рад, что ты здесь. Хотя теперь ты у меня девчонок будешь отбивать.
– Да, да. Думаю, у тебя все равно нет никаких трудностей с этим.
– Никогда. – Он делает глоток воды. – Черт, только посмотри на нас. Мы соревнуемся друг с другом. Прямо как наши отцы.
– Отвал башки, да?
– Да, только ты гоняешься за призраками, а я все не могу достигнуть совершенства, которого от меня ждут.
– Повезло нам, – бормочу я, вспоминая, как великий Доминик Наварро унижал своего единственного сына за то, что тот не пересекал финишную черту на должном уровне.
– Ага, чертовски. – Он качает головой. – Тебе нравится «Моретти»? – спрашивает он, откидывая волосы со лба и снова надевая кепку.
– Ну да. Вполне. Мы до сих пор в процессе настройки машины – как, похоже, и все здесь. Но конец уже близок. Она чертовски быстрая.
– Не быстрее, чем моя, – он поднимает брови и улыбается.
– Пока нет, но время у нас есть, Наварро.
Он хохочет.
– Продолжай улучшать. А я пока на подиуме тебя подожду.
– Придурок, – игриво бурчу я.
– Еще какой. – Он подмигивает. – А если серьезно? Ты в порядке?
– Да, чувак, я просто счастлив наконец-то быть здесь. Работать с крутой командой. Технологии и инженеры здесь самые топовые. Они реально помогают мне.
– Так и есть. «Моретти» тоже звали меня к себе, но мой контракт с «Гравитас» нерушимый, как скала. Если бы не он, я бы подумал над их предложением.
– Я все еще знакомлюсь с работниками, но пока все идет хорошо.
Он облизывает губы и тихо спрашивает:
– Ты вообще говорил с Максимом?
Я отвожу взгляд и слегка качаю головой, смутившись из-за ответа.
– Он все еще не отвечает на звонки. Я пробовал связаться с ним.
Между нами повисает тишина, и Круз тяжело вздыхает.
– Да, чувак, я тоже.
Он встречает мой взгляд и вскидывает руки. Вероятно, мы оба думаем об одном и том же, чувствуем одно и то же. Я рад, что Максим не принимает посетителей, потому что тогда нам пришлось бы увидеть то, что может случиться с пилотом в неудачный день. И я чувствую себя ужасно виноватым за этот страх.
Кругом полный кошмар, и мы оба это знаем.
Из коридора, возле которого мы находимся, раздаются голоса. Будет хорошо, если наш нелегкий разговор прервут.
– Итак, «Формула‐1». Что тебя тут выматывает больше всего?
– Черт, чувак, список такой огромный. Я даже не знаю, как выбрать из него что-то одно, – говорю я, и мы смеемся.
– Да, но, судя по тому, что я слышу и вижу, ты быстро осваиваешься по сравнению с другими новичками здесь.
– Спасибо за такие слова. Правда.
– Здесь все так, как ты привык, однако сильно отличается, верно? – спрашивает Круз.
– Вроде того. Главное, чего я боюсь – это облажаться. Плохо разобраться в машине и попасть в аварию. Травмировать людей. И прочая херня.
– Да уж. Мои соперники – честные игроки. А я вот нет, – шутит он, поднимаясь со своего места и хлопая меня по плечу. – Пора предстать перед камерами. Будем надеяться, что из-за твоей квадратной рожи не треснет обьектив одной из них.
– Это все, на что ты способен, Наварро?
– Не-а. Это были только цветочки, приятель. А сейчас пойдут ягодки.
– Отлично. Просто зашибись, – говорю я сквозь смех, когда мы входим в пресс-центр.
– Заранее желаю тебе удачи. Финишируй высоко, но не выше меня. – Он смеется, пока мы садимся на наши места.
Начинается пресс-конференция.
