— В общем так, молодежь, не буду грузить вас подробностями, — проговорил он шутливым тоном, — но у нас неплохие шансы вытащить из андроида все, что ему известно. На наше счастье на свете он прожил недолго, можно сказать, у нас новорожденный образец, а потому нейронные связи свежие. Никто из нас не силен в биоинженерии, так что будем привлекать спеца. Из наших. — Кто такие «наши», он не пояснил, лишь спросил: — Алекс, есть возражения?
— Никаких. Все равно база засвечена, а мы свалим в космос, так что почему нет? Одним чужаком больше, одним меньше…
— Я не чужак, — просипел Фишелевич. — Хайро, парень не в курсе?
— Скоро будет, — кивнул тот и посмотрел на парней. — В общем, цирк закончен, можете расходиться. Во избежание… из своих комнат носа не высовывать, это понятно?
Тобиас и Ханг кивнули, а Томоши поклонился.
— Тогда выполняйте. — Хайро посмотрел на меня, на Сергея с Леонидом, нахмурился. — Алекс, разговор у нас с тобой, как я говорил, долгий, а потому решай — сейчас или после того, как ты вернешься из Диса?
— Мне туда можно не спешить, — ответил я. — Успею киркой поработать.
— Хорошо. Тогда предлагаю пойти к тебе.
Все вместе мы поднялись на офицерский этаж. Фишелевич на коляске катил бодро, даже подгонял, ворчал, что создаем заторы. На месте Ханг и Томоши отправились к Тобиасу, чтобы вытащить его из капсулы сразу, как он войдет в Дис. Хайро, узнав, что предстоит сделать парню, вызвал женщину-врача из диких — на тот случай, если ему вдруг снова станет плохо.
— Вкатит успокоительного, если он начнет бузить, — пояснил безопасник, дождавшись, когда парни зайдут к Тобиасу.
В моих апартаментах Сергей тут же принялся хозяйничать: достал из холодильника что-то вроде ветчины, добыл откуда-то лук и банку маринованных огурцов и начал нарезать все это. Фишелевич подкатил к нему и вытащил из морозильника литровую бутылку водки. Хайро посмотрел неодобрительно, но ничего не сказал.
Вообще, мужчины вели себя непринуждённо, словно бывали здесь не раз. Даже вечно хмурый и озабоченный Хайро, глядя, как Фишелевич сноровисто свинчивает крышку с бутылки водки, сначала вроде бы недовольно покачал головой, а после принялся насвистывать что-то легкомысленное, более подобающее карнавалу или вечеринке на пляже. В целом обстановка изменилась, словно с плеч безопасников свалилась гора.
Несколько изумленно понаблюдав за ними, я спросил у Хайро:
— Давно вы знакомы?
— Служили вместе. — Хайро кивнул на диван. — Присаживайся, да и я сяду. Ноги гудят. Староват я для этого дерьма.
— Староваты?
— Все мы, как видишь, немолоды, а омолаживающие процедуры стоят чертовски дорого. Да и хрен с ними.
Со скрипом к нам подкатила коляска Фишелевича. Невольно присмотревшись к ней, я заметил на ободах колес ржавчину. Следом с парой тарелок в руках подошел Сергей Юферов, расставил их на столике. Я заметил, что хлеб выглядит необычно — он был темно-коричневым. Да и ветчина, казалось, состояла из сплошного жира с редкими прожилками мяса.
— Угощайся, Алекс, — сказал пилот. — В американских дистриктах такого хлеба и сала в магазине не купишь.
Юферов все так же молча выудил из ниоткуда три рюмки и набулькал туда водки, которая лилась неспешно, тянулась, как смола.
— Может, сначала поговорим с парнем? — предложил Хайро.
— Вилли не будем дожидаться? — поинтересовался Сергей. — Он вроде как все это и затеял.
— Затеял все это Фишелевич, — не согласился Хайро.
— Я? — искренне удивился пилот.
— Леонид? — удивился я.
— Тридцать лет назад, когда зачищали Венесуэлу, — ответил Хайро. — Ты, я, Вилли, Йоши, Рой и Мария.
— А я? — спросил Сергей. — Я же тоже был.
— Тебя просто не заметили, — непонятно заметил Фишелевич. — Кто ж знал, что ты там за серверами прячешься и подслушиваешь.
— Не прятался я, — хмыкнул Сергей. — Работал. А вам надо было лучше проверять помещение, прежде чем заговор устраивать.
— И как же я все это начал? — спросил пилот. — Колись, Моралес, чего я о себе не знаю? Если мне не изменяет память, а обычно она мне не изменяет, в ту ночь мы всего лишь решали, какой приговор вынести командиру за то, что он сделал.
— Что он сделал? — спросил я, но меня проигнорировали.
— Казнить, — уточнил Сергей. — Вы решили его казнить, причем приговор был тайным.
— А я был против, если помнишь, — сказал Хайро. — Не по-мужски, из-за угла — вот как ты хотел решить вопрос, Фиш.
— За ним была власть, сила и дивизия, — сказал пилот. — А нас было всего шестеро.
— Семеро, — поправил Сергей.
— Семеро, — кивнул Фишелевич. — Ну и?
— И ты был пьян, — сказал Хайро.
— В дрова, — добавил Сергей.
— Было дело, — согласился Фишелевич.
— Тогда ты, сам того не подозревая, раскрыл мне глаза на мир. Вернее, всем нам, но больше всего впечатлился Вилли. Сразу после приговора он вытащил меня в джунгли и рассказал о… — Хайро бросил на меня отрывистый взгляд, отвернулся, буркнул: — Короче, тогда все и началось. И вот наконец пришло время действовать.
— Ты ему веришь? — спросил Сергей.
— Ему? Верю, как и все мы, — ответил Хайро.
— Кому ему? — задал я вопрос. — Кому вы все верите? Вы обо мне говорите?
