Вася пристально посмотрел ей в глаза.
– Я был шапочно знаком с Райтоненом. И именно я познакомил его с Ником. Знаешь, как говорят? Враг моего врага – мой друг.
– А Райтонен был
– Деловые партнеры всегда враги, – лапидарно и слишком уж общо ответствовал Вася.
– А ты? Ты тоже был брагинским врагом?
Молодой человек усмехнулся.
– Только не надо, пожалуйста, шить мне на этом основании убийство. Да, я ненавидел своего дядюшку, но не настолько, чтобы размозжить ему голову. Знаешь, Леська… Я же был сегодня на похоронах… Очень тяжело видеть такое горе в семье… И что бы я ни говорил, на самом деле никто такого не заслуживает… Дядя погиб, а теперь его сын…
Вася зевнул, довольно нервно, и резко переменил тему:
– Знаешь, я сегодня опять в шесть утра встал. Не выспался. Я пойду лягу. Постелю себе сам на веранде. А ты как хочешь.
– Что ж, ложись, раз не выспался, – улыбнулась Леся. Она после заявления Васи ощутила одновременно и облегчение, и досаду. Облегчение – потому что он не собирается приставать к ней. И досаду – пожалуй, по тому же поводу. Неужели она ему как женщина совершенно неинтересна? И он готов довольствоваться платонической любовью и спокойно спать?
Василий допил вино. Под глазами у него залегли темные полукружья. «Он и в самом деле устал, бедненький, не выспался», – подумала Леся. Вася поднялся, потянулся, ласково сказал: «Спокойной ночи», – и удалился, даже не попытавшись ее поцеловать.
Солнце зашло, и потихоньку стало смеркаться. Леся доела клубнику, а когда минут через пятнадцать вошла в домик, Вася уже спал. Он раскинулся на диване на веранде, укрывшись одеялом до самого носа – только огненные вихры торчали.
И в этот момент раздался телефонный звонок. Леся бросилась к мобильнику, чтобы шум не разбудил Васечку, и даже не успела взглянуть на дисплей – кто звонит. Голос в трубке без всяких предисловий произнес:
– Сына Брагина убили.
По интонации, а также по привычному нежеланию приветствовать собеседника Леся поняла: звонит Ник. (Вася от звонка не проснулся и даже не пошевелился – лежит как лежал, только рыжая грива торчит из-под одеяла.)
– Я знаю, – спокойно ответила Леся.
Она вышла в сад, чтобы не мешать Васечке.
– Откуда ты знаешь? – удивился Ник.
– Я была там и видела… – У Леси на языке вертелось слово «труп», но она не стала произносить его – до домика, где жила тетя Люба, тридцать метров по прямой, все слышно.
Кривошеев строго спросил:
– Видела – что?
– Тело, – пришлось сказать ей (прозвучало все-таки лучше, чем «труп», хотя и ненамного).
– А когда ты была у Брагина? – изумился Ник.
– Я приехала в Кузьминки около пяти.
– Какие Кузьминки?
Шеф что, пьяный? Почему тормозит?
Леся терпеливо объяснила:
– Ваня Брагин, наркоман, в последнее время проживал в квартире на улице Юных Ленинцев, которую он превратил в притон. Там его и убили.
– Минутку! – воскликнул детектив. – Ты о ком сейчас говоришь?
– Как о ком? О Ванечке, младшем сыне Брагина.
– Младшем? Его что, тоже убили? – не сдержал удивления детектив.
– Что значит – тоже?
– Потому что мне сообщили, что сегодня убили старшего сына Брагина – Петра! В его квартире на Мясницкой.
– О боже… – выдохнула Леся.
– Значит, Ивана тоже убили? – строго спросил сыщик.
– Да, – промолвила девушка, – я приехала к нему домой, потому что вдова меня просила найти Ванечку. Она сегодня звонила мне с поминок. Твой телефон не отвечал, и я поехала к Ване в Кузьминки сама. Дверь оказалась открытой, я вошла и увидела…
– Отчего он умер? – деловито поинтересовался Ник. – Передоз?
– Не думаю, – Леся понизила голос. – Там все в крови, и нож валялся.
– Что ты шепчешь? – раздраженно спросил детектив. – Ты где в данный момент находишься?
– На даче у Васи, – не смогла соврать Леся.
– Ты там не одна?
– Одна, – в этот раз ложь выплеснулась легко, естественно.
– А чего шепчешь?
– Соседи кругом.
– Нас…ть на них! Ты в милицию заявила? – спросил Ник.
– Да. Анонимно. Из телефона-автомата.
– Это хорошо.
– А что с Петей Брагиным? – спросила девушка.
– Ты была у него сегодня? – ответил вопросом на вопрос Кривошеев.
– Да.
– Во сколько?
– Где-то без четверти два. Он был жив и здоров. А как и когда его убили? – Леся попыталась перехватить инициативу.
– Подробностей не знаю, – отмахнулся детектив. – Он тебе сказал что-нибудь интересное?
Леся вспомнила сцену, разыгравшуюся в квартире Петра Брагина, и против воли покраснела.
– В субботу ночью, когда Петя прибежал к отцу, дверь в его квартиру была заперта. Это он точно помнил. А на второй вопрос, – соврала Леся, потому что она даже не успела этот вопрос задать, – запер ли он за собой входную дверь, когда пришел в квартиру отца, Петя ответить затруднился.
– Понятно… А ты квартиру наркомана осмотрела?
– Ох, Ник… – В памяти всплыл окровавленный труп на полу, и Леся взмолилась: – Давай поговорим об этом при встрече. Завтра я приеду в офис, и мы все обсудим.
