Хоу Ляпин прищелкнул языком:
– Об этом я и правда не думал!
Гао Юйлян многозначительно сказал:
– Тогда, вернувшись, хорошенько подумай, когда поймешь – скажи мне!
Хоу Лянпин выпил с учителем рюмку уважения, выведывая:
– А Цзи Чанмин, Ша Жуйцзинь – они согласятся, чтобы я уехал?
Гао Юйлян сказал:
– Согласен или нет почтенный Цзи – это не в счет, а вот если Ша Жуйцзинь согласен – значит, так тому и быть!
Гао Юйлян приблизился к Хоу Лянпину:
– Скажу тебе честно: мысль о твоем возвращении в Пекин не моя, это предложил Ша Жуйцзинь!
Но Хоу Лянпин продолжал сомневаться:
– Когда меня перевели, ведь именно Ша Жуйцзинь лично встречался со мной для беседы. С этого назначения прошло всего лишь четыре месяца, и теперь он хочет, чтобы я уехал? Что за странные дела?
Гао Юйлян, улыбаясь сказал:
– Как Сяоай уже сказала, у тебя, детеныш обезьяны, слишком низкий EQ!
Чжун Сяоай выпила с Гао Юйляном рюмку уважения, попросив учителя развеять сомнения мужа.
– Хорошо! – Гао Юйлян, выпив с Сяоай рюмку вежливости, поставил ее на стол и начал говорить, уверенно и отчетливо произнося слова, будто читал урок для Хоу Лянпина и Чжун Сяоай: – В прошлом учителя в школе рассказывали вам про Хай Жуя, рассказывали про Шан Яна, однако не рассказывали про Юэ Фэя. Сегодня специально для Хоу Лянпина я расскажу о Юэ Фэе и облыжном обвинении. Вне всяких сомнений, Юэ Фэй[100] – один из величайших патриотов в истории Китая, герой, отдавший всего себя на благо родины. О нем можно говорить как о почти идеальном человеке прошлого и современности! Но этот совершенный человек Юэ Фэй умер, обвиненный по сфабрикованному делу. В чем смысл этой необоснованности? Кажется, что его нет, но он есть. Великий герой с сомнительной виной, совершенный человек прошлого и современности, бесславно умер в Беседке ветра и волн! Что за дела? Слишком низкий EQ, печально и достойно сожаления!
Хоу Лянпин поднял руку и, как на уроке, задал вопрос:
– Юэ Фэй умер из-за того, что EQ оказался слишком низок? Учитель Гао, это ваше новое открытие?
Гао Юйлян тоже, как будто вернувшись в аудиторию, встал, медленно прохаживаясь перед столом и размахивая руками:
– Я давно уже это открыл, но неудобно говорить в такой аудитории, боюсь, что на вас, молодых студентов, это окажет негативное влияние. В коррумпированой среде Южной Сун патриот Юэ Фэй стал чужеродным элементом. Другие генералы разворовывали жалованье солдат, он же тратил деньги на содержание армии, поэтому армия семьи Юэ всегда одерживала победу. Не стоит и говорить, что он придерживался строгих моральных правил, всем сердцем желал стереть позор национального унижения года Цинкан[101], вернуть на юг двух плененных императоров. Юэ Фэй ведь не подумал: смоешь национальный позор, вернешь двух императоров, а правящему императору Чжао Гоу – ему-то куда деваться? Коммуникативные способности Юэ Фэя оказались не на высоте, он не догадался о реальных намерениях Чжао Гоу!
Хоу Лянпин резко возразил:
– Нет, я думаю, что Юэ Фэй, вероятно, просто не желал догадываться о намерениях государя!
Гао Юйлян холодно добавил:
– Юэ Фэй сам нашел свою смерть!
Остановившись, Гао Юйлян пристально посмотрел на ученика:
– Знаешь, почему Ша Жуйцзинь хочет, чтобы ты вернулся в Пекин?
Хоу Лянпин сказал, что еще не успел подумать об этом. Чжун Сяоай, толкнув мужа, сказала:
– Ты вот точно не догадываешься о мыслях государя! Учитель Гао, прошу вас полностью рассказать историю ученику Хоу Лянпину, поскольку он бестолков!
Гао Юйлян, покачав головой, уверенно начал:
– Лянпин сейчас – в точности как Юэ Фэй тех лет, знай себе воюет и рвется вперед, однако же не знает, что на уме у государя!
Он вновь повернулся лицом к Хоу Лянпину:
– Используй-ка мозги, о чем сейчас думает секретарь Ша Жуйцзинь? Хочет рассориться со мной и Ли Даканом, или хочет рассориться со старым секретарем Чжао Личунем? Ни то, ни другое! Ты же, наоборот, увидишь божество – убиваешь божество, увидишь беса – рубишь голову бесу. Это ставит секретаря Ша в очень трудное положение! В результате все сверху донизу виновны, и ты – такой вот начальник Департамента по противодействию коррупции провинции, тоже не продержишься! Уехать сейчас – скорее всего, хорошее дело, не уехать – вполне возможно, ты тоже можешь получить Беседку ветра и волн!
Хоу Лянпин выразительно жестикулируя, провел рукой по горлу:
– Так что, я тоже умру по сфабрикованному делу?
Чжун Сяоай вставила слово:
– Лянпин, не будь бестолковым, учитель Гао ведь не пугает тебя!
– Похоже, наша Сяоай смышленей тебя! Как хорошо, что Сяоай пришла!
Гао Юйлян покивал головой и вновь поднял знамя истины и справедливости, сноровисто занявшись софистикой:
– Разумеется, нельзя быть чересчур пассивным, нельзя смотреть на мир так безрадостно! Сегодняшний Китай – это народная республика под руководством партии, а не коррумпированное царство Южная Сун. Ты же, Хоу Лянпин, тоже не Юэ Фэй, а работник прокуратуры под руководством партии!
Хоу Лянпин, горько усмехнувшись, сказал:
– Учитель вновь использовал диалектический метод?
Гао Юйлян исполнился благородного порыва: