– Он не покупает! Лянпин, так много лет прошло, а ведь ты мне еще в школе цветы дарил, точно. Тунвэй тоже дарил пару раз.
Гао Юйлян тут же посмеялся над собой:
– Так что, Лянпин, когда вы с Тунвэем приходите, шиму отпускает профессорский тон и отправляется на кухню приготовить вам что-нибудь вкусное. Когда же я предлагаю ей проявить свои умения, она остается к этому равнодушна!
Хоу Лянпин развеселился:
– Правильно! Как можно не дарить цветов и рассчитывать на что-то вкусное! Шиму, я вас поддерживаю!
У Хуэйфэн рассмеялась:
– Лянпин, твоя жена, Чжун Сяоай, позволяет тебе целый день дурачиться и вертеться волчком?
Хоу Лянпин, смеясь, ответил:
– Ну конечно нет! Она человек слишком конкретный. Впрочем, я как-то раз купил ей цветы, а она мало того что не похвалила, еще и укоряла меня. Так и не дождался я утки по-пекински. Она отчитала меня, сказав, что мы уже живем вместе, на кой еще цветы покупать – разве их можно съесть или выпить?
Учитель и шиму рассмеялись.
Гостиная у Гао Юйляна была особенная, оформлена со вкусом и выглядела привлекательно. Он любил садоводство и бонсай, а также обладал большой эрудицией. Первое, что видели гости у дверей, так это сосну с изогнутыми стволом и ветвями, со старой, но густой хвоей – подарок друга, привезенный с горы Хуаншань. На подоконниках расставлены несколько поддонов с маленькими пейзажами, а также превосходно подобранные композиции из необычных камней и редких трав. Хоу Лянпин прошел, рассматривая произведения учителя и восхищаясь ими, от восторга даже прищелкивая языком. Гао Юйлян тоже поднялся, с улыбкой показывая все по порядку. Прохаживаясь и разглядывая диковинки, они плавно перешли к разговору о работе.
Гао Юйлян заговорил о том, что случай с ДТП, в которое попал Чэнь Хай, очень прискорбный. Все, кого он учил, ему как дети. Он спросил Хоу Лянпина:
– Ци Тунвэй говорил, что ты в свой приезд в Цзинчжоу встречался с Чэнь Хаем, это так?
Хоу Лянпин, ничего не скрывая, признал:
– Да, именно так. Если бы я не просил Чэнь Хая о содействии в поимке Дин Ичжэня, возможно, не было бы и покушения на Чэнь Хая.
Гао Юйлян внимательно посмотрел на Хоу Лянпина:
– Покушение? Ты считаешь, что ДТП – это покушение на Чэнь Хая? Есть доказательства?
– Я как раз их ищу, – ответил Хоу Лянпин.
Гао Юйлян предостерег его:
– Если кто-то на него покушался, то и тебе нужно быть осторожным. Подумай об этом хорошенько. К тому же следует обратить внимание на безопасность Чэнь Хая. Если и правда покушался какой-то недоброжелатель, то он не позволит Чэнь Хаю прийти в себя.
Прийдя в этот раз навестить учителя, Хоу Лянпин принес с собой сомнения. Полагая, что настал подходящий для этого момент, он изложил суть проблемы, не дававшей ему покоя:
– В вечер ареста Дин Ичжэня вы проводили служебное совещание. Как же получилось, что Дин Ичжэнь сбежал? Кто слил ему информацию? Не подозреваете ли вы кого-нибудь?
Гао Юйлян вздохнул:
– Подозрения – это всего лишь подозрения, и если нет доказательств – нечего зря болтать.
Хоу Лянпин постарался осторожно выведать еще какие-нибудь сведения:
– Не происходило ли в тот вечер что-то необычное? Выходил ли кто-нибудь позвонить?
Гао Юйлян глянул мельком на своего пекинского ученика. Взгляд его стал таинственным:
– Происходило ли необычное? Пожалуй! Несколько товарищей выходили звонить, и не один раз. Я потом вспомнил, Ли Дакан от начала до конца выходил три раза, Ци Тунвэй выходил дважды, Чэнь Хай выходил четыре раза, Цзи Чанмин тоже выходил один раз. Я тоже звонил, велел секретарю позвонить секретарю Ша Жуйцзиню доложить о ситуации.
Гао Юйлян встал и, заложив руки за спину, начал расхаживать по гостиной:
– Некоторые вещи, о которых я потом подумал, и правда показались странными! Вот, например, ваш почтенный Цзи: ему вовсе не требовалось докладывать мне и парткому провинции о деле, переданном ему Пекином!
Хоу Лянпин внимательно посмотрел на своего бывшего учителя, а нынче – руководителя, и, уяснив им сказанное, возразил:
– Но ведь главный прокурор Цзи хотел выступить с докладом, разве могла идти речь об отказе?
Гао Юйлян развел руками:
– Да, ваш почтенный Цзи хотел доложить о деле, и я не мог его не выслушать; а то, что касалось вице-мэра Цзинчжоу, я не мог не сообщить Ли Дакану – он ведь тоже член Постоянного комитета провинции! Ну, Ци Тунвэй – это, считай, исключение: так сложились обстоятельства, что он прибыл доложить о работе. Есть руководящая группа по комплексному обеспечению противопожарной ОБ, я по совместительству руководитель этой группы, поэтому предполагался доклад Ци Тунвэя о положении дел. Когда приехал почтенный Цзи, Ци Тунвэй еще не закончил говорить. Разумеется, он не мог уже уйти, к тому же нужно было задержать почтенного Цзи, в итоге и остались оба.
Хоу Лянпин отважился разузнать побольше:
– Но прокурор Цзи сказал, что в тот вечер вы всё довольно-таки затянули, да еще и не рассматривали проблему, к тому же запросили указаний.
Гао Юйлян посмурнел, звучно стукнул по столу японским складным веером, которым перед этим поигрывал.